Удивительная история секса. Взгляд сквозь века на одну из самых табуированных тем человечества [litres]

«Я, Уильям Холливелл, позабыв свой долг любви и милосердия перед моим соседом, произнес и напечатал несколько оскорбительных и клеветнических слов о Питере Ли и против него… Признаю, что слова эти были оскорбительными и несправедливыми… Я глубоко раскаиваюсь и признаю, что несправедливо его оскорбил».

Слово «шлюха» считалось особенно оскорбительным, поскольку пагубно влияло на ценность женщины на брачном рынке. Поэтому, когда в 1685 году Томас Эллертон назвал Джудит Глендеринг «шлюхой», которая шляется «от амбара к амбару» и «от лудильщиков к скрипачам», он не просто оскорбил эту женщину, но еще и помешал ей найти мужа. В 1652 году Сисели Педли заявила, что ее назвали «шлюхой», чтобы «помешать ее браку с добрым человеком». Оскорбление могло разрушить деловую репутацию. В 1687 году мировой судья постановил наказать человека, назвавшего жену хозяина постоялого двора «шлюхой», поскольку это оскорбление повлияло на торговлю.

В суд часто обращались мужья женщин, которых назвали шлюхами. Это было смертельное оскорбление — страдала не только женщина, но и ее муж. Муж автоматически становился рогоносцем, неспособным сексуально удовлетворить свою жену. Так, например, в 1685 году Абрахама Бивера обвинили в том, что он заявил Ричарду Виннеллу: «Шагай домой, рогоносец! Там Томас Фокс развлекается с твоей женой в твоей постели!»

Хотя мужчины реже обращались в суд с исками о клевете, но иски эти тоже часто носили сексуальный характер. В 1680 году Томас Ричардсон подал в суд на жительницу Лондона Элизабет Эборн: та сказала, что его пенис «изъеден оспой». Мужчин называли «рогоносцами», «ублюдками», «распутниками». Один из них оскорбился тем, что его назвали «ревнивым болваном и задницей». Мужчины, ославленные как воры, попрошайки или пьяницы, тоже нередко искали защиты у правосудия. Так, например, в 1699 году Томас Хьюитсон предстал перед судом Йорка за то, что назвал Томаса Дэниела «нищим попрошайкой»: «он был попрошайкой и ходил по графству от дома к дому, выпрашивая милостыню».