Обыграть судьбу

В первый же день, как они выехали из ворот своей заставы, полил стеной дождь и преследовал их всю дорогу. Он вымотал животных и людей до предела. Ночевали на открытых местах, опасаясь заходить вглубь леса в поисках сухого клочка земли и убежища. Разбивали лагерь на скорую руку, костёр не разводили, ужинали вяленым мясом и лепёшками. Люди, животные жались в тесный круг, стараясь хоть немного согреться, каждый мечтал лишь об одном: чтобы поскорее закончился дождь.

Кассиан с беспокойством отмечал тени, залёгшие под глазами у воинов от нехватки здорового сна и горячего питания. Тревожился за Джим, которая выглядела подозрительно тихой и какой — то обречённой. За все эти дни она не проронила ни слова, стойко снося все неудобства непогоды и трудности пути.

Торлаг и Ульв — братья близнецы — смахивали на замёрзших нахохлившихся воробьёв, в поисках тепла прижимавшихся друг к другу даже тогда, когда ехали на лошадях. Самое удивительное, что животные, послушные воле своих хозяев, отлаженно шли в ногу, как если бы проделывали такое неоднократно ранее. Иногда юноши предпринимали попытки разговорить единственную девушку в отряде, но раз за разом терпели неудачу. Джим улыбалась и продолжала молчать, а Кассиан тревожился ещё больше.

Единственно, что оставалось неизменным, — каждый вечер Джим без ложной скромности забиралась под плащ к Кассиану. Юноша молча притягивал озябшую девушку к себе и до утра согревал теплом своего тела, чутко прислушиваясь к её ровному дыханию. Все его помыслы были заняты тем, чтобы поговорить с ней об их дальнейшей судьбе. И если она согласится пройти вместе с ним по жизни рука об руку, то по прибытию в отогорские земли испросить разрешение на брак у её семьи. Но имел ли он на это право? Бастард — без имени и племени — просить руку наследницы такого знатного и сильного рода? В такие моменты он обычно тяжело вздыхал и ещё теснее прижимал девушку к себе, словно боясь, что её отберут у него прямо сейчас. В его отряде тоже не осталось ни одного равнодушного; каждый, при случае и без, периодически подходил к нему и высказывался по этому поводу, мол, чего тянешь, командир, переговори с девушкой, пока ещё не поздно. Но Кассиан всё никак не мог решиться. Вот так, в тяжёлых думах и полный сомнений, он засыпал лишь под утро.