Фундамент оптимизма

То-то, должно быть, охотно извлекаются подобные сопоставления в качестве дежурного «аргумента» теми, кто проповедует «бренность земного бытия», со всеми его эволюциями и революциями, научно-техническим прогрессом и проч., и проч. Дескать, попытки улучшить окружающий нас мир — не что иное, как «суета сует и всяческая суета». Вздор!

Это было давно. Давным-давно — накануне 1700 года. С тех пор минуло целых 275 лет. Иначе говоря, примерно 100 тысяч суток. 2 миллиона 400 тысяч часов. Астрономических. А представляете, сколько это будет рабочих часов, человеко-часов? В миллионы, десятки миллионов раз больше! Срок гигантский, если мерить его не веками, а вехами свершений разума и рук человеческих.

Чтобы получить некоторое представление о тех сдвигах, что произошли за последние три столетия, достаточно включить радиоприемник.

Поймав позывные Москвы, прослушав последние известия, которые передаются каждые полчаса, вспомните: когда-то новости распространялись по городам и весям со скоростью почтовой кареты. Окраины государства ждали их месяцами.

Сегодня радиоволны разносят информацию со скоростью света; мы можем получать ее круглосуточно в любое время и в любом месте. События, где бы они ни произошли, пусть даже в космосе, немедленно становятся достоянием всего мира, причем следить за ними можно не только слушателям, но и зрителям.

Включив телевизор, любой из нас, где бы он ни был, может, не покидая своего любимого кресла, видеть, что где случилось — хоть за тридевять земель, хоть на Луне.

И когда передачи «Интервидения», например, репортажи со стартовых площадок, откуда в заатмосферную высь уходят космические корабли типа «Союз», или с Красной площади, где народ чествует космонавтов, смотрит вместе с нами зарубежная аудитория, она воочию убеждается в грандиозности перемен, преобразивших «ямщицкую», «лапотную», «посконную» Россию.

Это ли не прогресс?

Конечно, за будничной работой в непрерывной череде похожих друг на друга дней бывает как-то недосуг осмыслить, осознать всю значимость свершенного, происходящего, ожидаемого. Становясь у станков, опускаясь в шахты, выезжая на поля, склоняясь над приборами, над чертежами и расчетами, советские люди не думают, наверное, о величии своих дел, отмечалось на XXV съезде КПСС. Даже полеты в космос стали чем-то привычным. Чего уж говорить о пуске новых заводов или, скажем, о заселении новых кварталов.

Но дела говорят сами за себя. Вот лишь некоторые факты и цифры. За 1971–1975 годы у нас вступило в строй около 2000 новых предприятий. Население получило еще 544 миллиона квадратных метров жилья. Один из итогов, подведенных на съезде, таков: «К экономическому потенциалу, на создание которого ушло почти полвека, мы смогли добавить равный ему всего за 10 лет». Перспективы? «В 1976–1990 годах страна будет располагать примерно вдвое большими материальными и финансовыми ресурсами, чем в истекшем пятнадцатилетии. Тем самым создаются новые возможности для решения основных социально-экономических задач, поставленных Программой партии, последними съездами. Это относится прежде всего к дальнейшему повышению благосостояния советских людей, улучшению условий их труда и быта, значительному прогрессу здравоохранения, образования, культуры — ко всему, что способствует формированию нового человека, всестороннему развитию личности, совершенствованию социалистического образа жизни».

И не мешает оглянуться назад, чтобы лучше оценить этот размах, темпы нашего роста и развития.

Неторопливые ритмы эпохи, звучавшие в барабанных позывных глашатаев, в заунывных песнях ямщика под аккомпанемент колокольчика, в неспешном шествии петровских нововведений по огромной стране, словно подчеркивались спокойным, размеренным боем кремлевских курантов, по циферблату которых чинно двигалась одна-единственная стрелка — часовая…

Но, быть может, иному поклоннику патриархальной старины этот мир и впрямь показался бы идиллическим? Ни тебе сутолоки нынешних огромных городов с их нескончаемыми потоками пешеходов и машин, ни заводского дыма, ни радио и телевидения, ежедневно будоражащих нервы яркими впечатлениями, ни сообщений о войнах, полыхающих в разных частях света, об оружии всевозрастающей силы — ядерном, химическом, бактериологическом… Тишь да гладь, божья благодать.