Электронная книга - «Текила на троих (СИ)». Краткое содержание книги:
Оставаться в баре и дальше не было ни нужды, ни желания: мы более-менее выпили, как и хотели, а раз Кайла уже начало штормить, пора выдвигаться в общежитие, где брат переночует на диване, а завтра познакомится с формальной частью студенческой жизни. На выход я шел сквозь толпу, выполняя роль ледокола — открывая путь для идущего за мной след в след Кайла. Короткое шествие замыкал Нил, и за ним людские воды смыкались, вмиг заполняли освободившееся место: с момента нашего прибытия в бар посетителей заметно прибавилось.
Снаружи было необычайно хорошо. Свежий ночной воздух заполнил легкие вместо смеси запахов алкоголя, ветер очистил барабанные перепонки от громкой музыки и массы голосов. В это время суток главная улица не была особенно людной, но поддатых гуляк хватало; изредка небольшие компании да влюбленные парочки, смеясь и болтая, проходили мимо нас по залитому янтарным светом тротуару.
Я не хотел всю дорогу смотреть кому-то в затылок, так что пересек пустынную проезжую часть: под подошвами кроссовок зашуршала темная трава. По-прежнему как на привязи, Кайл ступил на газон вместе со мной, только Нил сторонился тени пышных деревьев, крикнул вперед:
— Ты куда?
— Посмотрю на памятник! — не оборачиваясь, ответил я. Глаза уверенно глядели на бежевую ленту парковой дорожки, ведущую как раз к постаменту. — Нам скоро покидать это место, а я так ни разу и не видел чертову статую! Кайл, не тяни за куртку — испортишь.
Брат переместил ладонь ниже, сжал мои пальцы, будто вернулся в детство, когда мне приходилось везде телепаться с ним вместе, «чтобы малыш Кайли не скучал». Нил перебежал дорогу: теперь и его шаги перестали стучать по асфальту, а зашуршали по жестковатой зелени. Легкий ветер колыхал листву высоко над нашими макушками, некоторые ветви задевали уличные фонари, играли тенями на скамейках, траве и дорожках, тихо скрежетали по металлу и матовому стеклу.
На мгновение мне показалось, что я увидел в просвет между стволами ее — единственную достопримечательность этого городка!.. Как вдруг в который раз за сегодня вокруг стало абсолютно темно. Ослепли фонари, зажмурились лампочки на зданиях, заснули немногочисленные светофоры, беззвучно лопнули мыльные пузыри светящихся окон. В кромешной ночи я замер на месте, Кайл крепко сжал мою руку, и, ободряя его по братскому долгу, я пару раз стиснул его тонкие пальцы, безмолвно уверяя: все в порядке. Я был совершенно уверен, что электричество совсем скоро ударит по привыкающим к потемкам глазам, но секунды капали, а ни на главной улице, ни в растущих вдоль нее домах ничего не менялось.
— Очевидно, все, — подытожил Нил, нагнав нас. — Генераторы или нет, но то, что планировал менять городской совет, сдохло. Никогда еще отключения электроэнергии так долго не длились.
С ним, надо думать, согласились и люди на улице: то там, то здесь загорались экраны телефонов, словно все электричество поглотили внеземные светляки, неторопливо плывущие по тротуарам с обеих сторон от парковой зоны. Я повернулся к бару лицом в наивной надежде увидеть что-то иное в его зияющих решетчатых окнах — и угодил в тесные объятия Кайла. Привстав на цыпочки, брат уткнулся носом мне в шею, горячо дышал, терся о кожу лицом. От неожиданности у меня перехватило дыхание, и долго еще сердце гулко стучало в груди. Я положил руки Кайлу на плечи, двинулся вбок, рассчитывая оттолкнуть пьянчужку, — и отчетливо ощутил его стояк, упирающийся мне между ног, снизу, чуть ли не в промежность. Кайл шумно втянул носом воздух, выдохнул сперто:
— Ты так потрясающе пахнешь… Райан…
— Кайл, какого ху…
— Я люблю тебя, Райан…
Нил подлетел как торнадо, с неожиданной грубостью дернул Кайла на себя — и едва не повалил нас обоих — с такой впечатляющей силой держал меня Кайл.
— Замолчи! — шикнул он, но подозрительная паника Нила не сомкнула губы Кайла:
— …люблю как ты пахнешь…
— Кайл, закрой рот! — не сдавался смурнеющий Нил.
— …люблю твой голос, движения, взгляд…
— Да чего ты орешь на него? — с ухмылкой развел я руками. — Мальчишка пьян: все под градусом треплются о любви, но его братские чувства звучат как-то особенно извращенно!..
— …люблю тебя больше, чем Нил…
— Чего?.. — в разы менее естественно рассмеялся я, не сводя с Нила глаз. Он закончил пытаться оттащить от меня Кайла, опустил напряженные кулаки. Окончательно адаптировавшийся к погружению в ночь, я разглядел, как задвигались желваки Нила, а губы стали тоньше: наверняка, нижнюю зажали зубы. — Я не понял…
Кайл провел по моей шее языком; отторгнутый им воздух врезался в барабанную перепонку, я поморщился от слишком громкого шума, но и по вине будоражащего тепла.
— Кайл, повтори.
— Я не могу… — пожаловался он, потираясь пахом о мои джинсы. — Нил сказал, что нельзя… Сказал, если я признаюсь, то и он должен будет… — Сцепленные вместе руки Кайла перестали давить мне на спину, пальцы зарылись в волосы, склоняя мою голову вниз. С наполовину опущенными веками и приоткрытым ртом Кайл недвусмысленно тянулся ко мне. — Мы хотели вдвоем тебя делить… но я устал молчать…
Он впился в мои губы откровенно и страстно! — не ответить на такой поцелуй невозможно… Наши языки встретились, преодолев одинаковый путь: перед следящим за каждым нашим движением Нилом мы целовались с открытыми ртами, словно стараясь его завести. Только взгляд его был тяжелее, темнее, чем в наш первый раз в родительском доме. Не так давно я видел Нила в подобном раздрае — когда наша команда проиграла… Будто вынырнув из моря в моей голове, не соленого, а горького от алкоголя, я задрал подбородок, окинул Нила томным взором из-под приопущенных ресниц.
— Иди сюда.
Он шагнул ко мне твердо, обхватив за поясницу и почти мгновенно спустившись ладонью к напрягшимся ягодицам. В нашем поцелуе с Нилом не было равенства, как только что с Кайлом; в этот раз я проиграл намеренно, но его язык, напористо толкнувшийся в мой рот, и так завладел бы контролем. Помимо моего языка, он, влажный и юркий, гладил верхнее нéбо: от этих легких щекочущих ощущений хотелось тотчас закрыть рот, обострялась чувствительность всего, чего язык Нила касался, и особенно внутренней стороны губ…
Не способный прервать подчиняющий поцелуй, я не останавливал и Кайла. Разошедшийся не на шутку мальчишка наслаждался активными фрикциями о мои джинсы, дразня быстро угасающими прикосновениями шею и ключицы. Под его пальцами моя футболка ожила и принялась медленно подниматься. Складки ткани чувственно задевали тело, обнажающееся посреди утопленного в темноте парка, от возбуждения и прохлады твердели соски. Умелый язык Нила орудовал в моем рту, его руки мяли задницу, пальцы нарочно проглаживали сквозь одежду анус, пульсирующий от приливающей крови; Кайл задрал футболку до верха груди, кинулся оцеловывать объемные мышцы. Я молился о том, чтобы свет не включался подольше. Текила, похоть или их отупляющий дуэт позволили моим ладоням добраться до эрегированных членов лучшего друга и младшего брата, но как только я несколько раз помассировал их поверх штанов, Нил убрал язык у меня изо рта, повелительно сверкнул глазами — в них отражались блики смартфонов, парящих над тротуарами с двух сторон от нашей тройки: люди все так же были на улице, однако не видели нас, как и что-либо на расстоянии больше пяти шагов.