Человек взломанный

Поэтому рабочий день современного шахматиста-профи проходит в постоянном разборе позиций. Впрочем, вряд ли это отличает его от шахматиста прошлого или даже позапрошлого века, разве что у него появился новый инструмент для работы — компьютер как инструмент, расширяющий возможности человеческого мозга. Канадский философ Маршалл Маклюэн показал, что каждый такой инструмент создает совершенно новую среду обитания, и человек осознает её примерно в той же степени, в какой рыба осознает воду, в которой она плавает. В этой книге я расскажу о том, к каким последствиям для каждого человека и для человечества в целом привело появление такого инструмента, которым так успешно пользуется Даниил Дубов, — как и о том, что, не отдавая себе отчет в том, что с нами происходит, мы соскальзываем в тоталитарную диктатуру, попадая под власть Цифрового Левиафана.

Даниил поведал мне еще одну ключевую вещь, которая, как я покажу в этой книге, касается не только шахмат, и также уже привела к фундаментальным изменениям в нашей картине мира — а следовательно, и в самом мире. Дело в том, что шахматисты сегодня больше не мыслят комбинациями, как это было во времена Ласкера, Алёхина и Капабланки. Нет больше заманивания противника в западню или неожиданного хода, который вынуждает его на действия, после которых следует молниеносный шах и мат.

Нет, сегодня длинная мысль не в моде. Мастера настроены на оптимальную стратегию, которая позволит выиграть в том или ином турнире то или иное число партий. Они мыслят на один ход вперед, делая свою позицию максимально эффективной. Именно в этом подходе сегодня заключается секрет успеха. Уберет ли это красоту из шахмат? На мой взгляд — конечно. Ведь есть красота в неожиданной комбинации, в жертве, которая оборачивается победой. И, наконец, метафоры! Мы ведь до сих пор видим в шахматах не набор неких интеллектуальных агентов, которые ходят по очереди по таким-то правилам, а пешку, которая может стать королевой, сидящего в осаде короля, или двух ловких офицеров, громящих вражеские порядки. Для нас это история, игра, состязание — а отнюдь не набор алгоритмов.