Ива Мосс и украденный вторник [litres][Willow Moss & the Lost Day]

– Что, простите? – переспросила Ива.

– Я считаю, это могло бы разрушить мир.

Ива откинулась на спинку стула, в груди бешено колотилось сердце. В её силах разрушить мир! Такое откровение кого угодно бы отрезвило.

Морег же, напротив, совершенно пришла в себя.

– Одним словом, пока мы не узнаем, что, собственно, произошло, можно сделать только хуже. А хуже этого только наше настоящее положение. А наше настоящее положение хуже, чем можно вообразить.

Ива окончательно запуталась:

– Что вы имеете в виду? Я понимаю, что это не… так уж прекрасно – пропавший вторник. Но всё же не конец света, один-то день.

«День, о котором всё равно никто особо и не жалеет, – в общем, ничего особо страшного, не так ли?» – подумала она.

Морег прикрыла глаза:

– На самом деле, если мы его не найдём, то конец света, возможно, и произойдёт. Что бы ни случилось с тем вторником, это может затронуть саму материю Старфелла, и она будет нить за нитью медленно разрушаться.

Ива ахнула и разинула рот. Она и подумать не могла, что всё так серьёзно.

Морег кивнула:

– Вот почему нам нужно начать с самого начала. Нельзя приступать к поиску, пока мы не разберёмся, что именно произошло. А ещё важнее – понять почему. – Она всмотрелась в окно, слегка прищурившись, затем сморгнула, словно пытаясь сфокусировать взгляд. – Я думаю, есть кое-кто, способный нам помочь… Правда, для начала его придётся найти, а это может оказаться не так просто.

– Почему? – спросила Ива.

Морег обернулась к ней с лёгкой улыбкой на губах:

– Видишь ли, он ублиер, без сомнения один из лучших в Старфелле, происходит из древней одарённой семьи. Проблема в том, что найти ублиера практически невозможно – если только ты не знаешь точно, где искать.

На лице Ивы читалось лишь непонимание:

– Убли… что?

– Ублиер. Это на старом шелском. – Ива всегда полагала, что старый шелский – это когда в слове больше слогов. Большая часть жителей Старфелла разговаривала на современном шелском и разве что изредка – на высоком гномском, да и то лишь из-за цветистых ругательств. – Произносится «у-бли-эр». Сейчас они больше известны как сказители забытого – люди, которые видят прошлое.

– Как ясновидец, только наоборот?

Морег кивнула:

– Что-то вроде…

– …моей матери, – перебила Ива – её мать была известной прорицательницей и ездила по всему королевству Шела со странствующими ярмарками, предсказывая судьбу.

Морег заговорила таким сдавленным голосом, словно у неё в горле застряла кость:

– Э-э-э, да, вроде твоей матери. Хотя большинство людей, называющих себя ясновидцами и предсказывающих будущее, понятия не имеют, как это на самом деле происходит, но зачастую утверждают, что у них тайная связь с «потусторонним», с умершими, которые якобы сообщают им, что должно случиться, – и она недоверчиво фыркнула. – Истинных провидцев, разумеется, очень мало. Однако доподлинно известно, что только они могут замечать знаки в мельчайших событиях, что позволяет им увидеть возможные варианты будущего. Например, если они приметят, что цветок, обычно цветущий по весне, вдруг расцвёл зимой, то могут предположить, что летом случится тайфун.