Куба далеко? Куба рядом! 1978
- Автор: Арх Максим
- Серия: Регрессор в СССР #10
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Куба далеко? Куба рядом! 1978». Краткое содержание книги:
Я обнаружил себя молодым парнем, почти мальчишкой в старом доме моей бабушки. А вокруг — Советский Союз. Немного придя в себя от шока, под одеялом нашел сумку с моим ноутбуком. Ноутбуком, который я купил едва ли не спустя пол века с этого дня…
Попаданец в молодость, в себя. 1977 год
После всех этих действий в купе с допросами я был уверен, что меня арестуют. Ан нет, дал одну подписку о неразглашении, одну о невыезде за пределы города, подписал двадцать семь автографов на память и был отпущен на все четыре стороны. Можно было бы подумать: «Легко отделался». Однако я был уверен, что ещё ничего не законченно и меня в любой момент могут дёрнуть по этому странному, загадочному и можно даже сказать — мистическому, делу особой важности.
Приехал домой поздно, быстро поел, помылся и лёг спать, даже не став разбирать коробку с привезённой видеокамерой, которую мне подарил в ФРГ папа «Мальвины». Не сам, конечно, ибо я с ним был в контрах. А прислал какого-то хмыря из администрации. Наши сразу ушки навострили и взяли с меня объяснительную, в которой я объяснил для чего мне нужен данный девайс — для съёмок. Не поверили… Но всё же пошли на уступки и камеру не экспроприировали, а лишь изъяли до выяснений всех обстоятельств. Пообещав, что отдадут, когда вернёмся в Союз. Разумеется, сразу по прилёту камеру фирмы «Sony» из багажа изъяли для осмотра. Наверняка, тщательно покопались и, вероятно, ничего предосудительного «внутре» не найдя, теперь решили-таки отдать и завезли домой.
«Что ж, камера — это хорошо. Нужно будет с ней сегодня вечером поразобраться. Что там и к чему. Ведь её отличия, от миниатюрных собратьев будущего, велики. Это массивный аппарат около метра в длину под большую VHS кассету и который весит более пяти килограммов. Сколько она стоит, я не знал, но точно не мало. В той жизни у меня такой дорогущей штуки, разумеется, не было. А посему, предстояло повозится, дабы укротить заморского хищника.
«Ничего. Разберёмся. И не в таком разбирались, — с ленцой подумал я, зевнув. — Н-да… Ну да фиг с ней — с камерой, тут вот другие проблемы буквально грызут. Если так дальше дело пойдёт, то меня к руководящему составу подпускать не будут. Слабоватые замы оказались в Минкульт. А я теперь мучайся. Нету в жизни справедливости!»
Ударился об косяк не обутой ногой, чертыхнулся, посетовал на судьбу злодейку, сморщившись от боли, и, подойдя к «шуршунчику», снял трубку.
— Алло!
— Алло, Саша, это ты?
— Алло, Саша это я.
— Это Антон. Привет.
— Йоу, — буркнул я, не разделяя утренней радости собеседника и присел на табуретку, стоящую рядом.
— Как хорошо, что я тебя застал.
— Антон, ты на часы смотрел? Где я, по-твоему, могу быть в это время?
— Ну мало ли. Вдруг у тебя дела. Ты у нас мужчина занятой, — хохотнул лидер «импульса» и, чувствуя, что я не расположен к утренним шуткам-прибауткам, перешёл к делу: — Я, собственно, вот чего тебе звоню: ты на репу едешь?
— На репу? — удивился я. — Гм, нет наверно… Не собирался. Гм, а вы прямо с утра что ль собрались?
— Да. Времени совсем мало остаётся. Ведь вечером банкет в Минкульте.
— А вы там играть будете? Зачем?
— Нет. Там будет просто застолье в честь нашего выступления. Наверное, решили устроить нам праздник.
— Там всегда праздник: либо банкет, либо фуршет, либо скорая. Кстати, если вы выступать не будете, то зачем такая срочность с репетицией? Отдыхали бы.
— Некогда отдыхать. Репетировать надо. Мы же на «Песне 1977» будем выступать! Ты что забыл?
— А-а, — озадаченно кивнул себе Саша. — Точно. Совсем из головы вылетело, — и взял с тумбочки тетрадь, в которой мама делала записи для меня, указывая кто, когда и по какому поводу звонил.
— Да ты что?! Это же событие! На весь Союз нас покажут! Там ведь впервые в СССР прямая трансляция конкурса будет!
— Рад за вас, — хмыкнул я, дочитав до конца лист, на котором было написано: «Сашенька! Срочно позвони в Госконцерт! Тебе выступать на песне года! Надеюсь, ты там сможешь достать билет для своей любимой мамочки и двух её подруг — тёте Свете и тёте Лиде. Не волнуйся. Ты их знаешь. Они никому ничего о тебе не расскажут».
«Н-да… беда. Знаю я этих подруг по работе. Сто пудов расскажут. Да ещё и хвастаться будут, что у них в подругах мама известного Васи. Действительно, беда. По ходу дела, пора нам с мамой менять место жительства, ибо толпы фанатов за окном житья точно никакого не дадут… кстати, а почему она про Армена не написала? Почему для него билет не попросила? Уже поссорились что ль? Гм…»
— А ты? — напомнил о себе собеседник, задав не понятный вопрос.
— Что я?
— Ну ты сказал, что рад за нас. А ты разве петь не будешь? Нам сказали, что ты тоже в программе заявлен. Разве тебе не сообщили?
— Сообщили уже, — поморщился я, посмотрев на пустой гранёный стакан, что стоял на полке. — Наверное петь всё же придётся.
— Да ты не волнуйся, — поняв мой скепсис, сказал Антон. — Там же не в живую петь нужно будет, а под фонограмму. Так что просто пооткрываешь рот и всё.