Дарт Мол Тёмный Мститель

И поэтому ужасно на себя досадовал. В последние пять лет он взял за правило не лезть на рожон ради кого бы то ни было. За исключением разве что I-5. Язвительный дроид из всех его знакомых больше всего подходил под определение «друг». Друг из него первоклассный по одной простой причине: I-5 ничего не ждет взамен. И это для Лорна очень кстати, потому что у него ничего нет. Все, что делало его человеком, было отнято у него пять лет назад. И в каком-то смысле — да что там, почти в прямом смыс­ле, — человеческого в нем было не больше, чем в его партнере-дроиде.

Лорн усилием воли прогнал воспоминания. Стоит поддаться им, и он захлебнется в черной тоске. А сейчас нельзя себе этого позволить: ему нужны мозги, чтобы выбраться из переделки живым. На джедая надежды никакой. Он скорее ронто закинет на верхние уровни, чем поверит джедаю. Лорн не без труда заставил себя сосредоточиться на туннеле.

Слабый свет древних фотонных ламп иссяк уже с полкилометра назад. Мрак разгоняли только светя­щиеся фоторецепторы дроида. Подобно фарам транс­порта, они выбрасывали вперед два одинаковых луча и более-менее освещали дорогу впереди и позади. А со всех остальных сторон путников обступала алчная тьма. У Лорна начался приступ клаустрофобии. И причиной тому был вовсе не этот неизбывный сумрак. Лорн прямо-таки чувствовал невыразимую тяжесть всех строений, которые возвышались­ где-то над ним. Корусант был тектонически стабиль­ной планетой — из-за этого и еще из-за расположения его и избрали галактической столицей. За долгие­ тысячи лет планета ни разу не дрогнула, но Лорн почему-то очень живо представлял себе, как вдруг это происходит и как он остается тут бродить навеки погребенным во чреве Корусанта.

Из-за недостатка света трудно было сказать наверняка, но, судя по отзвуку шагов, туннель расширялся. Последнюю пару сотен метров стали попадаться боковые проходы — сгустки тьмы в стенах. Воображение Лорна тут же охотно населило эти коридоры всевозможными созданиями разной степени­ отвратительности. Например, бронекрысами размером со скайкар. Без этой картинки в своей голове он бы спокойно обошелся. Жизнь на верхних уровнях являла собой чистое наслаждение, поскольку проб­лемы, проистекающие из загрязнения окружающей среды, были решены еще в незапамятные времена. Но за технологические радости нужно платить — и платят за них не верхние уровни, а нижние. Здесь, внизу, под основанием городского пейзажа подобно пульсирующей опухоли расползались промышленные отходы и канцерогенные химикаты. Новостные программы по Голосети наперебой сыпали сенсационными сообщениями о новых разновидностях опас­ных мутантов, обнаруженных в стоках и дренажных системах. И сейчас Лорн готов был поверить любой из этих баек. Ему повсюду чудился зловещий шорох, будто кто-то полз рядом или следом. Или слышались шаги, словно какое-то двуногое чудище тащилось за ними шаркающей походкой. Или мерещи­лось дыхание кого-то огромного и голодного, готового вот-вот броситься. «А ну хватит! — мысленно прикрикнул на себя Лорн. — Это все твои фантазии!»