Tobeus (СИ)

Глава XXXII

В оранжевом летнем тумане, проглядывался ещё спящий маленький и типичный русский городок: пустые, поросшие лесом окраины и редкий свет где-то подальше, в высотных домах. Я брёл в своем новом прикиде, первый раз за очень много лет он был гражданским, кроссовки на удивление оставались внутри сухими, хоть я и шёл по мокрой траве, боковым зрением я видел своих людей, и сейчас мы продвигались к местному свинарнику, где было человек шесть нарушителей, а всего в городе около ста мародёров, солдат низшего ранга, которые в общем-то и солдатами не считаются, они заняты отъёмом еды у населения, ну и не только еды конечно, так же тут было пару офицеров и не больше десятка боевых солдат. Максим говорит, что это его любимые города, тут можно вырезать всех и в таких маленьких точках обычно нет офицеров высокого ранга, поэтому контроль намного слабее: никто не отгребёт за сон на посту, пьянство, превышение своих полномочий, часто солдаты просто на просто напивались вместе с офицерами, у нас в Новосибирске нельзя было про такое и подумать, пить только с разрешения высшего руководства, если кого унюхают, то за это конечно не свинарник, но проступок серьёзный.

Сегодня солдаты в слежке не спали, но я даже особо не успел сообразить, как их глотки были перерезаны кем-то из наших, я был примерно в пятидесяти метрах от поста и наблюдал, сегодня мне разрешили только наблюдать, смотреть и учиться, ну что ж: я был удивлён, потому что будто какой-то призрак подобрался к тем бедолагам и полосонул лезвием по горлу, зажимая рот грязной рукой. Может это был сам легендарный Иосиф? Он тоже здесь, смогу спросить у него лично, ему всего-то двадцать с небольшим, а говорят про него все как про великого полководца, а я про самого Мусаева не слышал столько уважительных отзывов, сколько про сына, который не так давно просто военную школу окончил.

Мы уже были в пустом городе, появившийся туман сильно мешал мне видеть хоть что-то, а не то чтобы своих людей, хотя в это время, около пяти утра, все должны были бы спать, и если бы мне и повстречался какой-нибудь подтянутый мужчина или женщина с ищущим что-то взглядом, то вариант тут только один — это наши. Мы не могли говорить друг с другом напрямую, на тот случай, если какой-то вражеский солдат стал следить за нами, Максим в наушнике подсказывал как продвинуться к свинарнику, я же хотел совсем в другое место, но мне, наверное, специально, не сказали где найти сына, чтобы я вдруг не сорвался с цепи и не испортил тут людям важную операцию.

Здание с пленниками-преступниками наконец-то обнаружено, туда вошёл всего лишь один человек, через время второй, мне было приказано стоять и следить не будут ли идти солдаты, я подумал, что я очень подозрительно выгляжу возле этого заведения и прикинулся пьяным, упал на землю и посматривал перекатываясь из стороны в сторону, не знаю было ли это лучше чем стоять, но тогда мне показалось, что если вдруг враги меня увидят, то не пожелают мараться об пьяницу, пару раз я заметил слегка улыбавшихся парней, которые стояли в разных точках улицы, наблюдая за свинарником, они были в нескольких десятках метров от меня, в окнах заброшенных домов, не знаю вообще улыбались ли, но мне казалось, что их смешило моё представление.

Откуда-то видел меня и Максим, сказал, что так уже можно и не переигрывать, перевернувшись в очередной раз я заметил, как на себе выносят таких же молодых парней, которые, как и я когда-то не угодили уже единой стране под названием ЦРР, ведь она поглотила Байкальскую и завоевала Сибирскую, против которой я воевал и чуть не пришил Максима. А Максим прямо сейчас сказал, что с востока движется солдат, нужно чтобы первый кто заметит убил его тихо, через пару минут кто-то доложил, что дело сделано. Нашей целью было наблюдать за движением вражеских бойцов, и не дать никому заметить пропажу в свинарнике, единственным способом — убийством.