Купидон [СИ]

— Так точно, сержант! — Донеслось снизу.

— Да — протянула я — не так я себе представляла слугу божьего…

— Чему тут удивляться. — пожал он плечами, присаживаясь на деревянный парапетик. Откинулся назад, хладнокровно глянул вниз, оценил высоту, вернулся в вертикальное положение. — Все меняется. Традиции, безусловно, важны. Но, еще важнее, искренняя доброта, вера, любовь к людям. Чистота помыслов. Не важно, что он делал раньше, важно каков он сейчас. А сейчас, он на единственно верном месте. Из него выйдет отличный пастырь для народа.

— Вот она! — Влетел к нам «пастырь», победно держа в вытянутой руке бутылочку вина. — Последняя. Заначечка. — Он любовно погладил ее по стеклянному бочку. — Из-за вас, придется ехать, перезакупаться. За свой счет. — Осуждающе глянул он на нас. — В этом месяце госаккредитований не предвидится.

Мы с Антоновым хором виновато вздохнули.

— Спонсорских вложений, судя по всему тоже. — Сделал вывод Серёженька. Мы еще раз вздохнули, но помочь ничем не могли. — Ну, на нет и суда нет. Налетай. — И, как заправский фокусник, вынул из рукава, новенькие три стаканчика.

Теперь понятно почему в России так любят троицу. Втроем намного веселей. Сережа рассказывал забавные случаи из дикой молодости, Антонов ядовито комментировал, от чего они приобретали остроту и ярче показывали характеры главных героев. Я смеялась без перерыва.

— И она мне говорит: «Я буду встречаться только с настоящим рыцарем!». Ну, думаю, подруга, надо было лучше учить историю. Ведь, как известно, помимо культа чести и поклонения дамам сердца, благородные сэры были еще теми поросятами. Не мылись годами, ходили под себя, вобщем, смердели как выгребная яма, с тем же вечным эскортом мушиного роя. Ну, я две недели общался с ней по телефону. Галантно, осыпал комплиментами и цветами. И в душ ни-ни. Она еще повыпендривалась, но согласилась встретиться. Вот так, на первом свидании я ее на сауну и развел!