Фиктивный брак или Как влюбить куратора

— Не знаю, мне что-то привиделось. Показалось, что там Алиска моя стоит, — растерянно ответила женщина.

— Так она же у тебя на конференции.

— Да, что-то мне показалось. Уж и жениха-то у неё нет, да и, действительно, она сейчас даже не в городе, — всё ещё сомневаясь, рассуждала Раиса Ивановна.

— Ой, что-то подруга мне беспокойно за тебя. Замуж тебе надо дочку свою выдать, тогда и мерещиться ничего не будет, — сказала тётя Тома и женщины поспешили уйти из магазина.

Ковальская в это время чувствовала всё. Запах дорогого мужского парфюма, приятную гладкую ткань его белой рубашки, тепло от рук, обнимающих её. Неожиданно девушка ощутила странное спокойствие. Будто весь мир остался за непреодолимой стеной, которая, во что бы то ни стало, убережёт её от всего, что может её расстроить. Она чувствовала удары сердца. Вот только чьи они были? Девушка слышала учащённое сердцебиение своего преподавателя, и в этот же момент ей казалось, будто и её сердце готово вырваться из груди, от переполняющих её эмоций и переживаний.

Куратор же чувствовал дыхание девушки. Он стоял так близко к ней, что невольно различал живую прелесть её плеч и шеи, и так близко к её губам, что ему стоило немного нагнуться, чтобы прикоснуться к ним. Его как будто обжигало в тех местах, где он касался Алисы. Он ощущал её нежную кожу на спине, где был разрез свадебного платья, тепло её тела, запах её волос. И снова ему показалось, будто прошли часы, пока они стояли так. Преподаватель почувствовал, что обязан отстраниться, и с раздражением для себя отметил, что не хочет этого. Однако мужчина всё же пересилил себя.

Куратор медленно отпустил девушку и нехотя возвратился в реальность, услышав шум торгового центра и радостные возгласы консультанта.

— О, браво, фотография ваша получилась отменная, — радостно отметил Димитрий. Однако куратор, не обратив внимание на продавца, обратился к студентке.

— Алис, только что в магазине была твоя мама.

— Что?! — удивилась студентка. Боже, она ведь не заметила нас?

— Не волнуйся, я вовремя успел тебя прикрыть, так что она не видела тебя.

Девушка облегчённо выдохнула, всё ещё дрожа от непонятного чувства, вызванного ароматом и близостью своего куратора.

Пока Ковальская снимала платье, мужчина всё ещё думал, о том волнении, которое он испытал, сегодня дважды. Его реакция на близость девушки его злила. Сейчас, и уж тем более, с Ковальской, мужчина не хотел испытывать ничего подобного. Он ясно решил для себя, что впредь он не позволит себя испытывать это непонятное чувство, не прикоснётся к Ковальской и пальцем. Потому что мужчина явно не хотел начинать чувствовать симпатию к этой взбалмошной и неорганизованной девушке.

К такому же выводу пришла и Ковальская, пока переодевала прекрасное платье. Ей, как и куратору, вовсе не понравилась её реакция на его объятия. Она никогда не рассматривала его или же других своих преподавателей, как предмет симпатий. Многие девушки «тайно» вздыхали по Денису Владимировичу. Ковальская же над ними всегда подшучивала или сочувствовала им. И вступать в ряды этих дурочек, студентка явно не собиралась. Девушка думала о том, что её организм дал какой-то сбой. Иначе она не могла объяснить то, что ей понравились эти объятия, при том, что студентка записала куратора чуть-ли не в кровные враги с первой их встречи. Он всегда думал о ней, как о легкомысленной и несобранной. Ковальская не позволит ему стать правым в этом вопросе. Уж в своём постоянстве по отношению к Денису Владимировичу, девушка была уверена, как никто другой — она не может проявлять даже капли симпатии к этому педанту. Не может и не будет. Точка.