Рогоносец

— Блин, говорю же, не зарывайтесь! — скрипнул зубами Бин, — Учтите, воды не дам. Там только один глоток для Беседующего с Солнцем.

Тем времен коричневые очистили середину зала от столов и зевак. Хозяин булькнул, что-то об ущербе, но старший из купцов тряхнул кошелем, и звон монет вернул того за барную стойку.

Бойцы, выбранные купцами, с мечами в обеих руках под одобрительные вопли зевак вышли на центр и встали спина к спине. Бруно и Вою ничего не оставалось, как разделиться и занять места с разных сторон от коричневых. Подбадривающие крики кончились и только дыхание, и кашель, кого-то простуженного, нарушали тишину. Бой начался внезапно и совсем не так, как ожидали зрители. Коричневые как стояли спинами друг к другу, схватились за руки над головами, и один через голову забросил второго за спину Вою. Пока верхний ещё кувыркался в воздухе и приземлялся за спиной у опешившего ветерана, первый уже атаковал помолодевшего старичка, сделав мельницу с обеими мечами в вытянутых, да ещё и на разных уровнях руках. Вой, выбравший в качестве оружия обычный меч, еле успел отразить лишь один из ударов, второй меч стеганул со всего замаху по наколеннику и свалил бойца в чёрных доспехах на пол. Хваленная неракская броня не подвела, нога осталась цела, но удар был силен, Вой взвыл и крутанулся на полу, уходя от ударов второго телохранителя. Тот бил так же, двумя мечами, со всей силы по поверженному противнику и оба удара достигли цели. Меч в правой руке Вой с трудом только отвёл своим мечом, удар получился скользящий по нагруднику и кроме искр ни какого ущерба старичку не принёс, зато левый меч от души угодил по той же ушибленной ноге. Чёрная броня опять выдержала, но с танцами для Воя было покончено ох как надолго. Тут бы ветерану и конец пришёл, дерись он один на один. К счастью Бруно, наконец, опомнился и ринулся в атаку. Он вооружился большим кинжалом и тонким стилетом, именуемым у рыцарей «милосердием», им добивают в глаз раненых на поле боя, прекращая их земные страдания. Атака получилась так себе. Ближайший к нему коричневый, тот, что так умело, зашвырнул товарища Вою за спину, опять сделал мельницу с двумя мечами и опять один из мечей достиг цели. Вот только в отличие от Воя Бруно это допустил умышленно. Нижний меч он отбил большим кинжалом, верхний встретил грудью, грохот получился что надо. Во время удара Бруно чуть сместил корпус, и вся почти энергия коричневого ушла в пустоту, его стало разворачивать и правая рука бывшего телохранителя магистра Виллинга, вооруженная «милосердием» без замаха вонзила клинок в спину противнику на добрых двадцать сантиметров, почти на всю длину.