Боль [ЛП]

А на следующий день у него не остается выбора — маме нужно ехать на работу поздно, и она вопреки его протестам решает подвезти обоих сыновей до школы. Лоик радуется неожиданному повороту событий и болтает без умолку, пока они подъезжают к воротам школы. Его высаживают на тротуар, и когда они отъезжают, он машет им рукой. В это время мама поворачивается к Матео, между ее тонкими идеально выщипанными бровями пролегает глубокая складка.

— Вечером звонил Перес. Сказал, что ты вчера взял выходной.

— Простудился. Не хотел рисковать, потому что это могло повлиять на равновесие. — Матео быстро отворачивается от маминого взгляда, опирается локтем на край открытого окна и кусает ноготь большого пальца. Судя по молчанию, этот ответ ее не убедил. — Ты… ты сказала папе? — От прозвучавшей в его голосе нотки тревоги он внутренне содрогается.

— Нет, — медленно отвечает она. — Я думала, ты это сделаешь.

— Не хотел, чтобы он волновался. — В его надломившемся голосе слышна попытка оправдаться. — Ты же знаешь, что он может поднять бучу, если я пропущу тренировку.

— Мне кажется, он бы отнесся с пониманием к тому, что ты плохо себя чувствуешь. — Ее голос немного смягчается, в нем слышится разочарование, даже боль.

Он щипает заусенец.

— В последнее время ты кажешься немного… отрешенным, — тихо продолжает мама, с мягким бархатистым звуком выворачивая руль своими идеально наманикюренными руками. — Все в порядке?

Такое неожиданное проявление заботы заставляет его вздрогнуть, и какое-то время он не может ответить. Наверно, несмотря на свой образ жизни трудоголика, она замечает больше, чем он думает.

— Мэтти, — она уже очень давно его так не называла, — если тебя что-то беспокоит, мне хочется знать, что ты достаточно доверяешь мне, как своей матери, чтобы рассказать.

— Нет… ничего, — отвечает он слишком поспешно, ненавидя себя за запинки. — Я просто немного устал после… ну… ты понимаешь… — У него вдруг возникает провал в памяти. Его охватывает странное чувство падения в пространстве, как неопределенный прыжок. — Мам? — тяжело дыша, он смотрит на нее. Внезапно ему хочется рассказать ей — абсолютно все. О временно потерянной памяти в ночь после соревнования, о всепоглощающем предчувствии, что произошло что-то ужасное, о кошмарах, об уверенности, что внутри него что-то безвозвратно изменилось.

— Qu’est-ce qui ne va pas, mon chéri? Что случилось, дорогой?

Она останавливается возле опустевшей территории школы. Матео весь краснеет, у него сжимается горло. Возможно, если бы она не проявляла такую нежность, если бы не смотрела на него с такой необычной… заботой, то он мог бы рассказать ей.

— Нет, н-ничего. Спасибо, что подвезла. Увидимся вечером.

Она тянется к нему, чтобы коснуться щеки, но он хватает сумку и выскакивает из машины раньше. Захлопывает за собой дверцу и, успокаивающе помахав ей рукой, бежит по асфальтовой дорожке в класс.