Отныне и в Вечность

– Э-э… – сказал он, с трудом приводя в порядок мысли, в панике разбежавшиеся от столь необыкновенно сплетенных словес. – Ну, да. С беспристрастностью! Объективной! Конечно – конечно.

Графенбергер, похоже, закусил удила.

– Вы поглядите, что происходит, – в ажитации вопил он. – Излагаю факты. Объект десантирован на полюса в период осенних бурь. Почему – вопрос особый, касаться которого мы с вами не будем. Это данность. Обстоятельства сложились так, что возможности контроля за объектом отсутствуют. Мы и о том, что объект еще функционирует, знаем только по редким сигналам клонфильтра, пеленговать которые бессмысленно за явной чушью и бредом самого, так называемого, "факта" его работы. Но главное совсем не в этом, господа совещанты. Да, сэры. Па-автаряю. Вы смотрите на объект как на сверхчеловека, вооруженного силой, свойствами и умениями самого, так сказать, суперменистого супермена из всех телетаксерных суперменов, и именно что, как я уже сказал, из положения "на брюхе".

– А Вы так, разумеется, сверху вниз, – перебил Графенбергера Генрик, но сэр Советник зыркнул на него так свирепо, что Генрик тут же и прикусил язык.

– Вы истолковываете факты заранее в самом неблагоприятном смысле, – продолжал Графенбергер. – Обстоятельства сложились так, что возможности контроля за объектом… э… как я уже тут раньше неоднократно говорил, ограничены. Однако я надеюсь, все наладится, как только прекратится магнитная буря.

– Вы забываете, что вторая модель просто вырезала из плеча клонфильтр. Ножом! – осторожно косясь на Советника, вякнул юный Карл.

– А вы бы там в своих лабораториях вживили его объекту в голову, голову-то себе резать никто не будет, – сказал Графенбергер с выражением бесконечного презрения на физиономии и повернулся к Советнику. – Наверное… э-э… не будем отвлекаться, и я, с Вашего позволения, продолжу?

Советник медленно кивнул.

– Итак, факты в том виде, в каком мы их имеем. Вначале операция развивалась почти по плану. Новшества, введенные в файловую систему фанта, позволили объекту значительно быстрее приспособиться к обстановке.

Генрик насторожился, ему очень не понравилась вкрадчивость, появившаяся в голосе Графенбергера… или это взыграла мнительность?.. может, показалось?.. впрочем, неважно. В любом случае, следовало быть настороже.

– Объект приспосабливался к обстановке с опережением по отношению к модели номер три, причем это опережение все время наращивалось. Судя по анализу удаленных из него фрагментов, связные и вполне себе логичные мыслительные процессы возникли в его мозгу в первый же день функционирования. В третьей модели это произошло только к концу следующего дня. А у четвертой модели к этому времени появились уже отвлеченные мысли.