Нить Лекаря

До боли знакомые слова! И какое тщеславие, взращённое бесчеловечной пропагандой Геббельса, идеолога нацистских идей. Знал бы этот «юнец» через какие трудности приходится проходить детям, чтобы выжить в условиях войны. И, быть может, научился смотреть не на внешний их вид, а заглядывать внутрь, туда, где расцветает стойкость, мужество даже в юных сердечках.

– Вы несправедливы к ним, господин лейтенант. Детство с точки зрения науки – период развития, когда постигается окружающий мир. А как вы представляете себе общение и познание «в чистой рубашке»? Неужели вы не бегали со сверстниками по земле? Извините, не поверю.

– Мы были немецкими детьми, они – другие, господин доктор.

– Я с вами соглашусь.

Мы с ним вышли на улицу. Сомов следовал за нами с ведром воды. Мне была неприятна вся эта картина, но иначе пока быть не могло. Приходилось терпеть.

– Вот, господа, прошу. Утоляйте вашу жажду – предложил Зибберт своим сослуживцам воду. Те с жадностью на неё набросились.

Вот оно человеческое безрассудство. Сколько разрушения земле несли эти люди, однако «основой жизни» пользовались, не задумываясь над своими поступками.

– Улов есть? – спросил лейтенант, наблюдая за действиями солдат, продолжавших выгонять жильцов на улицу из последних домов. Вскоре нетронутой осталась только изба Сомова.

– Нет, к сожалению, пусто. Видно, он ушёл в другую сторону. Этот хитрый лис знает своё дело и умело путает следы – ответил один из офицеров.

– Ладно, не будем терять время. Едем в соседнюю деревню.

– Что с этими делать? – указывая на людей, сгрудившихся в кучку, спросил другой офицер.

– Я же сказал, нет времени. Уезжаем! – приказал Зибберт.

Последовал приказ «по машинам».

– До свидания, господин доктор, – обратился ко мне адъютант полковника, – извините, вас подвезти не смогу, когда вернусь в город не знаю.

– Не беспокойтесь. Всего хорошего, господин лейтенант. Удачи вам!

– Спасибо!

Офицеры сели в машину и поехали, за ними тронулись мотоциклисты и одна грузовая машина. Один из солдат, сидя в коляске, дал «на прощание» очередь из пулемёта по людям выше их голов. Послышался визг, плач. А «хулигана» это только позабавило, раззадорило. Он засмеялся и дал повторную очередь по уже разбегавшимся женщинам, детям и старикам. Несколько человек упали. Я бросился к ним. Слава Богу, убитых не было. Пули прошли на вылет у трёх женщин. Жить они будут.

Сомов подбежал ко мне тут же. Помог перенести пострадавших в избы, чтобы я мог оказать им первую помощь. После операций мы вернулись в дом Макара Ерофеевича. Уставшими сели на крыльце. Начинало вечереть.

– Если бы ни вы, Фридрих Карлович, эсэсовцы всю деревню бы сожгли, а жителей расстреляли. Никого бы ни пощадили! – после долгого обоюдного молчания заговорил Сомов, – сама судьба привела вас сегодня к нам. И от себя хочу сказать вам спасибо.