Жизнь М. Н. Муравьева (1796–1866). Факты, гипотезы, мифы

В отставке генерал-лейтенант Муравьев пробыл десять лет. В 1848 году император вновь призвал его на службу. В том же году он был назначен командиром Гренадерского корпуса, во главе которого вместе с другими войсками выступил к границам Венгрии для подавления полыхавшего там восстания. В конце 1853 года Николай Николаевич был произведен в генералы от инфантерии, а годом позже, накануне Крымской войны, назначен командующим Особым Кавказским корпусом и наместником Кавказа, достигнув, таким образом, пика своей военной карьеры.

В ходе войны 1855–1856 годов генерал Н. Н. Муравьев руководил действиями русских войск на Закавказском фронте. В тяжелых сражениях с турками русские войска под его командованием одержали ряд побед, важнейшей из которых стало взятие мощной турецкой крепости Карса. Успехи армии Муравьева в Закавказье улучшили переговорные позиции России после падения Севастополя. Без них условия мира могли бы быть еще более тяжелыми.

Но на посту наместника Кавказа Муравьев задержался недолго. Новый император знал Николая Николаевича лично, но, видимо, судил о нем со слов своего покойного отца, который считал генерала Муравьева человеком опытным, талантливым, но капризным и своенравным[123]. Петербургское окружение императора всячески поддерживало это мнение.

Видимо, как каприз восприняли в Петербурге и доклады Муравьева военному министру с настойчивой просьбой воздержаться от назначения на одну из командных должностей в Кавказском корпусе владетельного князя Абхазии Михаила Шервашидзе. Дело было в том, что во время только что закончившейся войны генерал русской армии князь Шервашидзе отказался покинуть Сухум при приближении турок и с почетом принимал в своем дворце командующего турецкой армией. Муравьев счел это актом измены. Но в Петербурге просьбы и предостережения наместника Кавказа были проигнорированы. Николай Николаевич воспринял это как оскорбление и написал прошение об отставке. Отставка была принята.

В 1863 году Александр II еще раз вспомнил о строптивом генерале. Он пригласил Николая Николаевича в Петербург и при личной встрече предложил ему вернуться на службу, чтобы возглавить армию, которую предполагалось создать для защиты Петербурга от возможных посягательств западных держав. Николай Николаевич отказался, ссылаясь на возраст (ему было 69 лет) и состояние здоровья, но не только: «К этому я должен предупредить Вас, – добавил он (“твердо смотря прямо в глаза государю”), – что взгляд мой на дела бывает часто односторонним, не буду оправдывать его и порицать мнение других, но если мои убеждения… не будут согласовываться со взглядами людей, с которыми я буду в столкновении, то от этого произойдут одни несогласия и неудовольствия, от которых нельзя будет ожидать пользы для успеха дела»[124]. Этими словами старый генерал давал понять императору, что он не забыл истории, которая побудила его подать в отставку. Александр не стал настаивать…