(Не) его трофей

Следующим утром мы едем к кардиологу. После осмотра врач подтверждает, что все в порядке, а значит бою быть. С одной стороны, я испытываю облегчение от того, что у отравления нет серьезных последствий для организма, с другой же схожу с ума от страха, ведь случиться может что угодно.

Ни разу не слышу, чтоб в разговорах с Сашей, Вадиком или Максом Яр упоминал хоть что-то о смене углового. Да он последним двоим ни слова не говорил о ситуации в общем. Ни единого слова. У него есть какой-то план, вот только меня в него Яр не посвящает.

Ночь на пятницу не смыкаю глаз. Пялюсь в темноту, слушая глубокое дыхание Яра и обдумываю, что же буду делать, если… У этого «если» десятки вариантов. Мозг услужливо подбрасывает все новые и новые. И очень небольшой процент из них можно будет либо предотвратить, либо без особого ущерба разобраться с последствиями.

Встав пораньше иду приводить себя в порядок. Контрастный душ с любимым ароматным гелем приводит в чувства, прогоняет из мышц тревожную скованность и напряжение. Хотя, где это у меня мышцы? Так, косточки, обтянутые кожей, которые словно по волшебству имеют изгибы и выглядят поэтому привлекательно.

Мою волосы шампунем, наношу побольше маски. Сегодня моей шевелюре особенно необходимо выглядеть безупречно. Хорошо хоть погода солнечная. Если б было сыро или, еще хуже, шел дождь, мою прическу и чудо бы не спасло.

Кутаюсь в полотенце, заматываю вторым волосы и, став перед зеркалом, наношу на лицо увлажняющий крем. Придирчиво рассматриваю свое отражение. М-да уж… Бледная, под глазами мешки, в уголках синева. Макияжа — естественного — понадобится очень много.

Сушу волосы, укладываю их плавными волнами и щедро поливаю лаком. Крашусь. Тон, консилер, румяна и бронзер, побольше хайлайтера сверху на скулы. Легкие стрелки, самая объемная тушь из моего арсенала и блеск на губы. Ну вот. За завтраком Яр увидит ухоженную девушку, а не измученную переживаниями страшную женщину.

Надеваю шелковый халатик и иду готовить завтрак. По еде ограничений уже нет, поэтому будет ставший традиционным в обычные дни омлет из трех яиц с красной рыбкой и зеленью. Включаю кофе-машину. Ее звук, а вскоре — запах свежеприготовленного кофе приносит даже какое-то умиротворение.

Раскладываю омлет в тарелки, ставлю их на поднос с ножками, добавляю приборы и чашки с кофе и иду наверх.

Опершись о спинку кровати, Яр зависает в новом телефоне. Солнечный свет, льющийся сквозь щель в жалюзи играет на стальных мышцах его пресса, золотит мягкие волоски на груди и полоске, забирающейся под лежащее на узких бедрах одеяло.

Увидев меня, мужчина откладывает телефон и с широкой улыбкой окидывает жарким взглядом. Медленно и со вкусом проходится по всему телу от ступней до макушки, заставляя пылать каждую клеточку. Чувствую, как кровь приливает к щекам, как ускоряется сердце, а внизу живота начинает сладко ныть.

— Завтрак чемпиона, — объявляю севшим голосом.

Ставлю поднос на постель между нами, сажусь с другой стороны и с невозмутимым видом принимаюсь за еду.