Моя невинная девочка

– Если разорвет, – произношу внезапно севшим голосом, – то купит новое. Ну, или будет наслаждаться тобой без белья. Ты когда—нибудь ходила без трусиков в общественном месте, Соня?

– Нет, – шепотом.

– Тогда тебе непременно нужно попробовать. Это… будоражит.

– Это негигиенично, – так же тихо отвечает Соня.

– Тогда только один вариант: купить тебе новое, – перехожу на обычный тон, потому что на вирт у нас нет времени, скоро мне нужно будет выезжать. Да и я не хочу довольствоваться малым, хочу Сонечку всю, чтобы мог пощупать и прижать к себе.

– Ох, умеешь ты… ох, Макар, – недовольно сопит Соня в трубку, я усмехаюсь.

– Обещаю утолить твой голод, как только вернусь. А ты не смей к себе прикасаться.

– В каком смысле? – голос Сони тоже становится обычным.

Я заметил только, что с момента, когда начались наши отношения, она стала разговаривать со мной мягче. Понятное дело, исключая моменты, когда злится на меня. В остальное время в голос добавились какие—то мурлычущие нотки, нежные интонации. Мне нравится понимать, что так она разговаривает только со мной. Как будто пытается быть соблазнительнее для меня. Она все это пока делает неумело, и «стрельба» глазами пока еще плавает на поверхности, но я тащусь от тех усилий, которые она прикладывает.

– Сонь, я не могу сейчас затевать этот разговор, потому что минут через пятнадцать я должен покинуть номер в отеле, позавтракать и выдвигаться в дорогу. А если я начну объяснять тебе, где и как нужно прикоснуться, то это затянется на полчаса минимум.

– Оу, – шумно выдыхает она. Завелась, моя жадная невинная девочка. Для нее все еще такое новое и непознанное, и я охренеть, как сильно хочу стать ее проводником в мир удовольствий. Блядь, по телу пробегает дрожь, когда я осознаю, что мы только начали этот путь. Сама мысль будоражит так сильно, что мне приходится напомнить себе, что у меня, вообще—то рабочая неделя в самом разгаре и пора выезжать.

– В общем, ты меня услышала, Софья, – строго говорю я. – К себе не прикасаться, думать обо мне и ждать звонка. Можешь еще слать свои фотографии и сообщения, это поможет мне пережить день.

– Умеешь ты, Макар, говорить правильные слова. Хотя что я удивляюсь? У тебя уже такой адвокатский стаж.

– Не в стаже дело, Сонечка. Совсем не в нем.

– А в чем? – я слышу в ее голосе ожидание. Рановато для признаний, маленькая.

– А в том, что я соскучился по одной милой девочке. Все, должен бежать.

Мы тепло прощаемся и я прерываю звонок. Не вставая с кровати, заказываю в офис цветы на имя Сони, а потом еще и обед для нее в том самом ресторане через дорогу. Худенькая она у меня, надо немного откормить. А еще надо подумать, как организовать ей поездку к бабушке в пятницу. Меня еще не будет в городе, и я не хочу, чтобы она толклась в автобусе, и уже тем более ехала в деревню с кем—нибудь наподобие ее друга детства. Вызову такси или Ромку попрошу отвезти, а в воскресенье заберу сам. Откидываюсь на подушку и поднимаю взгляд к потолку. Улыбаюсь сам себе. Вот сейчас хорошо. Как будто долгое время я искал, о ком можно по—настоящему позаботиться, и наконец нашел. Хотя, подозреваю, дело совсем не в этом, но эту мысль я откладываю на потом, потому что мне действительно пора ехать.