Куда идем мы… - 3 [СИ]

Свин вскипел, но Псих упредил рвущиеся наружу матерные слова.

– Да шучу я, шучу. Я к тому, что ну его нафиг, пупок надрывать. Сам залез – пусть сам и вылезет.

– Он же не вылезет! – насупился свин.

– Вылезет! – уверенно заявил обезьян.

Он опять взвился в воздух, подлетел к болтающемуся в проруби Драко и с высоты метко плюнул в него кровью из прокушенного языка. После чего произнес:

– Мутабор!

И бегемот тут же превратился в нерпу.

– Вылезай быстрей, ныряльщик! – велел колдун. – И не забудь подальше от края отползти, через десять минут ты обратно в бегемота превратишься.

Прямо в воздухе Псих развернулся к Жиру и Тоту и продолжил:

– А вас, господа подводные бойцы, я, наоборот, прошу последовать в прорубь. В реке вам ждут драки, приключения и, я надеюсь, освобождение друга. Но последнее опционально – Никто слабым бойцом быть не может, иначе не подмял бы под себя земли на самой окраине Красноярска. Поэтому помните – если увидите, что не вытягиваете бой с Безымянным, постарайтесь выманить его на воздух. Я его здесь встречу.

– Брат, а ты сам с нами не идешь, потому что не можешь или потому что не хочешь? – вдруг спросил Тот.

Псих досадливо поморщился.

– С этим сложно, Тот, – признался он. – Когда-то я был одинаково ловок во всех стихиях, но однажды в финале масштабного приключения, ваш покорный слуга попал под неснимаемое проклятие. Некоторые женщины бывают чрезвычайно злопамятными. Впрочем, я тогда был молод и глуп, это было давно, еще до отсидки. С тех пор вода для меня по факту запретная стихия. Мой потолок там – это превратиться в какую-нибудь маленькую рыбку, причем на час-два, не больше. Но в таком виде я не могу сражаться, поэтому в воде я слабее младенца. А здесь я по крайней мере встретить этого «хозяина» смогу. А в речке вам придется вдвоем с Жиром управляться.

– Я понял, брат! – отсалютовал своей лопатой Тот и первым прыгнул в полынью.

– Ни пуха, ни пера, – улыбнулся Псих.

– К черту! – послал спутника Жир и без всплеска исчез в темной ледяной воде Енисея.