Семья Тёмных. За несколько лет до (СИ)

— Да! Вдруг королевства все объединятся, будем жить дружно!

— Ну это уж совсем предел мечтаний)

Эмма закрыла за девушкой дверь.

***

— Реджина, Голд!

— Чего орём?

— Вы знали Анну.

— И что с того?

— Эмма, зачем ты пришла?

— Заклятье. Оно так и не пало. В меня бабушка из арбалета целилась!

— А мы что можем?

— Как же! У вас всегда запасной план на подходе.

— Настолько запасной, что применять мы его не будем.

— Выкладывайте.

— Румпель, нет!

— Джина.

— Нет..

— У нас нет выхода.

— Я не хочу. Не хочу бросать Генри. Не хочу возвращаться домой! Туда, где все произошло!

— Да о чём речь? Скажите наконец!

— Он хочет уничтожить Сторибрук! - сорвалась Реджина.

— Что?…

— Сторибрук, Заклятье Осколков наложено не на жителей. На город.

— То есть…

— То есть уничтожив моё, первое заклятье, уйдёт и это.

— А мы с Генри останемся здесь, так как пришли не с заклятьем.

— Да.

— И другого выхода нет?

— Нет. Никакого другого нет.

— Генри я больше не увижу. Но…так жить тоже нельзя, втроём мы их всех не осилим.

— Хочешь сказать, ты пойдёшь на это?

— За всё нужно платить. Только я почему-то всегда плачу своими детьми.

— Ты отпустишь его со мной?

— Эмма, сколько тебя помню, всё время хотела выбросить из своей жизни, чтобы забрать сына, но если честно, мне важнее, чтобы Генри был счастлив. В таком Сторибруке счастье ему и не светит. Выбор невелик. Вы остаётесь.

— Хорошо.

— Джина…

— Нет, не сейчас. Эмма, приведи Генри, я должна его увидеть.

— Хорошо, стена пала, встречаемся на выезде?

— Да.

…

— Генри!

— Привет.

— Я знаю, ты злишься или ненавидишь меня, но помнишь, что мы сказали друг другу перед заклятьем?

— Что-то про любовь?

— Да, что-то про любовь. И это “что-то” никуда не делось. Я люблю тебя, малыш.

— Мне тоже самое сказать надо?

— Надо, молодой человек, - встрял Голд.

— Ладно, я тоже люблю тебя…мам. Да и вы, мистер Голд, не такой уж и занудный.

— О, это греет мне душу.

Генри сел в машину.

— Эмма, попрощалась с Крюком?

— Да, и к родителям забежала, было сложно.

— Верю. Я кое-что не упомянула.

— Что ещё? Итак тошно.

— Когда нас накроет, мы перенесёмся домой, я уничтожу всё, включая вашу память. Таков побочный эффект. Сторибрук просто исчезнет. Будто его и не было. То есть последние 11 лет вы с Генри забудете. И мы для вас станем героями сказок.

— И что с нами будет?

— Я не знаю.

— Не очень то похоже на счастливый финал.

— Не очень. Но это поправимо.

— Ты сохранишь нам память?

— Нет, просто, как в своё время сторибрукцы, вы начнёте свою жизнь с нуля.

— Они были заколдованы и несчастны.

— Они сами виноваты. Вам я подарю долгую и счастливую жизнь. Тебе и Генри. Ты от него не откажешься, и вы всегда будете вместе.

По лицу Королевы, не смотря на улыбку, текли слёзы.

— Это правда?

— Когда вы окажетесь за городской чертой, для вас начнётся другая жизнь.

— Но не настоящая.

— Прошлое - нет, а вот будущее - да. Езжайте, я итак уже рыдаю, а Румпель почти пустил слезу.

— Не дождётесь.

Эмма попыталась выдавить из себя улыбку, но получилось скверно.

— Иди.

Спасительница последний раз взглянула на мага, тот осторожно улыбнулся и кивнул.

Она села в машину и надавила на газ.

Реджина смотрела им вслед, пока жёлтый “жук” не скрылся за крутым поворотом.

— Джина.

— Да, сейчас.

— Я бы сделал это за тебя, но…

— Я знаю, это моё заклятье.

В руке Королевы появился маленький свиток, вырвав бумагу она смяла её, и сила, что была сосредоточена в словах на пергаменте превратилась в сиреневый туман, что наступал на Сторибрук.

— Я не буду жить в замке, где она погибла.

— Найдём новый.

Голд крепко прижал к себе жену. Его пальто стало промокать от королевских слез.