Муха в вине

Лина покачала головой и пересела к мальчику на диван. Привлекла к себе и поцеловала в макушку.

— Я очень любила твоего отца и очень хотела тебя родить. Но там это было невозможно. Поверь.

— Тогда, почему мы уехали из Израиля сюда, в Канаду?

— Потому что здесь у меня хорошая работа, и я смогла купить нам дом. Здесь нас приняли и помогли устроиться. Оставаться там не было резона. А здесь нам хорошо. Согласен?

Парень кивнул и поцеловал мать в щеку.

— Я люблю тебя.

— А я тебя, — склонилась Лина к его голове и слегка вздохнула, — Обещай, что больше не будешь рассказывать никому о нашей тайне. А что зовут тебя «принц» так это лучше, чем, скажем, «дебил», — сказала она это уже по-русски.

Мальчик откинул голову и засмеялся. Он знал этот язык. Мать обязала его не только учить говорить, но и читать и писать, ссылаясь на их корни. Много рассказывала историй их рода и то, что они тоже высоких кровей, восходящих к русским царям. И прививала ему терпимость и достоинство.

— Обещаю, — проговорил он.

— Будем обедать, — вздохнула Лина, — и потом мне в школу.

— Прости, ладно? Я постараюсь тебя больше не нервировать.

— Верю, — она потрепала того за волосы и заглянула в такие же, как и у отца теплые карие глаза.

Вечером, она вспоминала разговор с директрисой и улыбалась. Кличку «принц» Динат заработал, не когда хвастался о своем отце, а за выдержку, самостоятельное мышление, хорошую учебу и способности к языкам. Он был похож на отца не только внешне, но и по характеру. А уж его лидерские качества проявились еще ранее, и он уже был назначен в свои десять лет капитаном школьной команды юниоров. Игру в бейсбол он любил, и тренер в нем души не чаял. За это ему многое прощалось, но иногда его чувство справедливости было настолько обостренным, что он взрывался. Ярость затмевала ему голову, и он бросался на любого, кто пытался его унизить. Вот и сегодня ей пришлось просить прощение у родителей одного из школьных знакомых сына. Она обещала, что поговорит с ним, но и просила, чтобы те тоже обратили внимание на слова, которыми можно не только ранить, но и убить. Особенно, когда это ложится на неокрепшие души подростков. Те тоже согласились и все остались довольны.

Вообще-то здесь в пригороде Квебека, в районе среднего достатка, многие были по-соседски внимательны и миролюбивы. Случаев агрессии они не наблюдали и дорожили этим спокойствием, поэтому разборки подростков старались решать сообща и сообразно обстоятельствам.

После ужина, Лина вымыла посуду, посмотрела в компе новые договоры, и сделал выкладку своих эскизов на комиссию. Прошла в свою спальню и легла в кровать, предварительно прислушавшись к тишине за стеной. Там была комната Дината и она устроилась с книжкой, почитать перед сном. Но тут же отложила, вспомнив лица родителей и директрисы, когда та рассказывала, за что сын побил их отпрыска.

— «Принц», — фыркнула она и усмехнулась тоскливо, — хотя это правда.