Феечка во френдзоне

— Маша, подожди! Маша-Ромаша! Наверное, в школе так дразнили! Я угадал?

Я скрипнула зубами, продолжая шагать. Ветви расходились впереди и смыкались прямо за моей спиной.

— Ай! Ой! Ты нарочно? — возмущенно проорал мне вслед отставший Жуковский.

Нарочно. И вообще! Тут любой бы угадал. Маша Ромашкина — Маша-Ромаша. «Хорошо, что не Рюмаша», — резонно заметил папа, когда в классе седьмом или восьмом я пожаловалась ему на дразнилки одноклассников. Папа, как обычно, был в чем-то прав. Его простодушные советы и замечания всегда давали мне очень многое. Вот и увижусь с ним завтра и порыдаю у него на плече. Хотя с какой стати мне рыдать на плече у отца? Тут радоваться нужно! Я свободна от этого ужасного контракта!

— Маша, подожди!

Никита сделал отчаянный рывок и догнал меня, получив пару ударов ветками … ниже поясницы. Он с преувеличенной мукой на лице потер ушибленное место и проговорил:

— Маша, не уезжай, пожалуйста. Это, конечно, победа… но это еще не победа. Мы оба знаем, что Коля Тру здесь… и всякие другие обстоятельства против меня!

— Между тобой и Никой возникла романтическая связь, — закатив глаза к сияющей еще ярче луне, пояснила я. — Ты же сам сказал, что она готова с тобой встречаться. Для Пожелания нужна взаимность — она достигнута. Не останется больше обстоятельств против тебя! Все препятствия будут устранены. Хоть завтра в ЗАГС.

— А бонус?! — замахав руками, завопил Никита. — Если завтра уедешь, не получишь бонус!

— Но ты говорил…

— Я говорил об основном гонораре, а бонус — дело добровольное. Оттого он так и называется — бонус!

— Ладно, — подумав, согласилась я. — Ты прав. Это мой профессиональный долг — довести дело до логического конца. Останусь еще на несколько дней. Только завтра съезжу к маме.

Да, останусь. Уж слишком сложный случай. В конце концов, Алый и остальные нелюди заняты охотой на радугу, а у меня пока Ксю не пристроена. И с Никой я тоже еще не говорила.

Появившись над кронами деревьев, Серж бесшумно спланировал к нам с высоты. Ну… почти бесшумно. На этот раз с приземлением у него вышло почти удачно. Еще пару сотен лет тренировки — и он перестанет вертикально врезаться в землю головой, запутавшись в крыльях.

Я сразу заметила, что вампир что-то держит в руках.

— Твой домашний зверек выскочил из кустов и напугал романтическую парочку на скамейке почти в начальной стадии непотребства. Одна из моделей и барабанщик. Пришлось их обнулить. Боюсь, я перестарался, и они забыли, зачем уединились под перголой. Ну разберутся, я полагаю. А потом… Короче, держи.

Кошек протянул мне обвисшего на его руках Чертика, уже в его прежнем размере. Чертогон был жив, но вял.

— Что же с ним произошло? — поинтересовался Жуковский, жадно разглядывая чертополох.

— Пока сказать не могу, — уклончиво сообщил Серж. — Но, кажется, я догадываюсь.

— О чем?

— Луна, — вампир улыбнулся и неопределенно указал на небо.

… — Дело зашло слишком далеко, — шепнул он мне, когда мы подошли к дому. — Твоего ландшафтника пора обнулять.