Чародей

В руке вновь появился огненный шар — хотелось согреться. Начинало бесить, что одновременно я мог пользоваться чем-то одним — либо льдом, либо огнём. Почему так? Из-за различной структуры стихий? Они в чём-то похожи. Из-за нехватки энергии? Так её здесь просто хоть завались. Потому что это просто невозможно? Этого вообще никто не утверждал. Стоп, а действительно — я даже не пробовал призвать лёд во время активного огня. Да, когда я очищал людей от яда, то пытался призвать два огненных шара. Вот этого у меня не получалось. Но я не пытался призвать разные стихии! Что, если проблема призыва не в самом действии, а в моей голове? В том, что я придумал, что не смогу этого сделать?

Собравшись, я представил, как получаемая от реки энергии перераспределяется. Часть продолжает подпитывать огонь, но часть ушла в другую сторону, преобразовавшись в совершенно иную структуру. Вначале шло туго, но чем дольше я концентрировался, тем проще выходило, пока в какой-то момент я не ощутил, что вокруг меня начал творится какой-то хаос. Открыв глаза, я замер, уставившись на небывалое зрелище. Огонь, висящий над правой ладонью, пытался уничтожить лёд над левой. Но тот не отставал, пытаясь подавить пламя своей силой. Находящаяся вокруг меня вода окончательно сошла с ума — она замерзала и испарялась одновременно, приобретая удивительную пористую структуру. Даже пара не было — он успевал замёрзнуть, вновь растаять и опять испариться, чтобы тут же замёрзнуть. Между двумя стихийными шарами мелькали какие-то искры, молнии, непонятные образования, но самое поразительное заключалось в том, что мне в лицо дунуло таким наполненным кислородом воздухом, что голова закружилась. Я начал погружаться всё глубже и глубже, пока не достиг дна. Подводная река имела глубину в несколько десятков метров и заканчивалась камнями, остановившими моё погружение. Дыра над головой схлопнулась, угрожая поглотить и меня, но я продолжал стоять, не отводя восторженного взгляда от двух шаров. Это было настоящее чудо!

Сколько я так простоял — я не помню. В какой-то момент меня переклинило, и я просто пошёл вперёд. Мне не требовалось формировать ледяной коридор — достаточно было ледяного панциря из пористого вещества. Всегда считал, что у воды есть три состояния — жидкое, газообразное и твёрдое. Как же иногда приятно ошибиться — оказывается, есть ещё одно: пористое. Если меня попросить описать его, я не возьмусь — мне непонятна природа этой воды. Она не была чем-то твёрдым, жидким, или газообразным. Она вообще, казалось, не существует, но прекрасно обеспечивала мою защиту.

Километр, что отделял меня от второй шахты, я прошёл за полчаса, причём большую часть этого времени потратил на то, чтобы научиться двигаться не только по дну, но и по любой плоскости, по которой мне только захочется. Подземная река превратилась для меня в достаточно удобную прогулочную зону, где я мог подниматься к потолку, так и спускаться на самое дно. При этом течение меня словно игнорировало — мне с ним бороться не приходилось. Забравшись к верхней части подземной реки, я достаточно бодро зашагал вперёд и вскоре обнаружил работающий механизм. Прикреплённые к толстой цепи чаши зачерпывали воду, чтобы поскорей доставить её наверх, в водонапорную башню.