Наследник Седьмой Марки

— Вряд ли, — развеяла заблуждение Лиза, знавшая Адама лучше, чем Эссены. — Он такие вещи творил, когда мы… были вместе, а папенька его никак не реагировал. Однажды такой безобразный скандал устроил в ресторации на Пахлаванской, избил дворянина и смеялся потом. Ничего ему отец не сделал. Не стал бы он и сейчас вмешиваться.

— Не скажи! — считавшая себя докой в данном вопросе, еще бы, столько дамских романов прочитано, София не спешила сбрасывать свою версию со счетов. — Одно дело скандал замять, другое — позволять какому-то марочному барону раз за разом выходить сухим из воды. Это же унизительно — смотреть, как отпрыск пыжится что-то сделать, но не может.

Любая жизненная ситуация — опыт. Так считал отец Яна. Он никогда не вмешивался, даже если его сын поступал неверно. Только по завершении устраивал разбор, на котором холодно указывал ошибки и просчеты. Чаще всего это относилось к охоте за Пеленой, но и повседневные истории тоже использовались. Воспитанный таким образом Ян мог предположить, что и глава рода Олельковичей способен действовать так же. А значит, он не стал бы вмешиваться в конфликт своего сына и незначительного по его меркам дворянина.

Но если права София… Если старший Олелькович теряет лицо в результате безуспешных действий своего единственного сына, то он и правда может запретить тому продолжать конфликт. И попытается разобраться с дерзким новичком самостоятельно. Это же ничего хорошего не сулило. Если уж Коваль назвал себя пескарем против главы аристократического рода, то кто тогда Эссен? Планктон?

Впрочем, дуть на воду и начинать бояться до того, как это следует делать, Ян не умел. Поэтому он просто учел тот факт, что в их противостояние с княжичем может вмешаться отец оного, и все.

— Завтра мы это проверим, — пообещал он. — А пока… Лиза, тебе не о чем переживать. Ничего тебе этот тип не сделает.

— Ты его не знаешь! Ему никто не указ!

— Ну вот и посмотрим. Ты завтра скажись больной и не ходи в Гимнасий. Сможешь?

— Да, но…

— Вот и отлично.

Они еще около получаса просидели за столиком, болтая о том о сем и попивая кофе с пирожными. София рассказывала истории об охоте, которые в ее исполнении выглядели как сказочные приключения, а не опасная и кровавая работа. Ян больше молчал, но изредка вставлял в истории сестры уточняющие реплики, делавшие их чуточку более правдоподобными. Лиза под конец совсем оттаяла и до слез хохотала, когда младшая из Эссенов в лицах показывала бегство марочных крестьян от парочки низших демонов.

Затем Ян проводил девушку до дома и еще раз посоветовал ей провести завтрашний день дома. Всю дорогу домой он молчал, а сестра, знавшая это его состояние, не докучала болтовней.

— Только глупостей, вроде дуэли, не совершай, — попросила она Яна, перед тем как они разошлись по комнатам.

— Где я, и где дуэли? — усмехнулся Ян. — Не переживай, сестренка. Я охотник, а не салонный шаркун.