Персиковое солнце

Было видно, что, несмотря на довольно ранний час, – начало десятого, в кафе уже есть посетители с детьми. От такого количества шумных детей Вене сделалось немного не по себе. Он внимательно взглянул на Машеньку.

– Слава Богу, она хоть в дороге не орала, – подумал он, разглядывая похожую на себя в детстве чудесную белокурую девочку, папу которого природа наказала слишком чувствительными барабанными перепонками и неподражаемым эгоизмом.

Юля с малышкой вышли из машины и скрались за ярко раскрашенной дверью кафе, Майя побежала за документами, а Олег равнодушно уставился в смартфон, игнорируя присутствие Вени. Вскоре вернулась Майя с черной папкой в руках.

– Поехали! – скомандовала она, и Олег нажал на газ, отлично зная адрес своего коллеги.

Оформление развода становится простой формальностью, если супруги не пытаются разорвать друг друга на части, деля имущество и детей. С согласия Вениамина, оформленная на него квартира, как и опека над дочерью Марией, были преданы его уже бывшей супруге Майе, пожелавшей к тому же, вернуть свою девичью фамилию. Наконец, все закончилось. В машину Олега села совершенно свободная женщина, Майя Анатольевна Давидова, а Вене Олег посоветовал добраться до их квартиры на общественном транспорте и побыстрее собрать свои вещи.

– Да, и, когда будешь уходить, не забудь бросить ключи в почтовый ящик. Прощай, братан! – сказал он, поклявшись себе, что никогда не станет таким жалким идиотом, растоптавшим все самое ценное в своей жизни.

– Пока, Венечка! Будь счастлив со своей Кристиной и не повторяй ошибок молодости, – с насмешкой напутствовала его Майя.

– Пока! – помахал им на прощание рукой Веня, не в силах сдержать слезы.

Он по обыкновению попытался найти утешение в храме, а затем забронировал по телефону билет на поезд до Воронежа и пошел собирать вещи. В ящике комода Веня увидел их с Майей свадебную фотографию с треснувшим стеклом, лежавшую лицом вниз. Какие они оба здесь счастливые! Веня поднес фотографию к своим разбитым губам и поцеловал улыбающееся лицо Майи. Он вначале хотел положить фотографию в сумку с вещами, но в последний момент передумал, вернув ее на прежнее место.

Вечером, когда все обитатели квартиры собрались вместе, Вени, как и его забытых при первом уходе вещей, уже не было. Этот по-своему тяжелый для каждого из них день поставил точку в пылком романе Майи и Вени. Майе хотелось плакать и смеяться одновременно. Она сейчас даже не знала, что именно чувствует: сожаление, облегчение, радость или печаль, но все, что ее тяготило, навсегда осталось в прошлом. Так, во всяком случае, она думала, с умилением прижавшись губами к кудрявой шелковистой макушке спящей у нее на руках Машеньки.