Гамбит. На сером поле

Черная дверь в конце коридора, в которую он входит, уверенно и не раздумывая, но сила привычки берет свое, и непросматриваемый угол изучен первым. Красноватый и приглушенный свет ни капли не помогает ему в этом, хотя ему приходилось работать в куда менее комфортных условиях, так что грех жаловаться на недостаток света и отвратительно пошлую обстановку комнаты. Кожаная мебель говорила сама за себя, но Ашер подозревает, что выбор был сделан скорее в пользу того, что проще очистить, чем для самого антуража. Тут бы больше подошел красный бархат, а еще лучше бензин и горящая зажигалка, и тогда бы все выглядело куда лучше, чем сейчас, причем в разы.

– Привет, милый, ты звал меня? – раздается из-за открывшейся двери, и от ее голоса все внутри оборвалось.

Фальшь. Он буквально кожей прочувствовал каждую ее ноту в ударившей по затылку дежурной фразе приветствия клиентуры. От тягучего женского голоса с интонациями нараспев и от приторной сладости в нем сводило скулы на закрытом шарфом лице. Захотелось стянуть его с себя, сорвать вместе с овечьей шкурой, но правде, похороненной вместе с ним в катакомбах под городом, не место в доме увеселений на этом чужом празднике жизни. Жизни, которой у него никогда не было, и никогда уже не будет. Затаив дыхание, Ашер не мог заставить себя повернуться, замерев посреди темной комнаты с раздражающим вишнево-красным светом. И уже приготовившись к столкновению с неизбежным, как с землей при падении с высоты, он бросил пальто на спинку кожаного дивана и, повернувшись, посмотрел назад сразу на целых десять лет, одним мигом мелькнувших у него перед глазами.

Белая полоса в синем небе. Подбитое крыло и резкий рывок катапультирования. Стропы, как и нервы, натянуты до предела. И те и другие вот-вот лопнут, отправляя его в затяжной полет над раскаленной пустыней с жестким приземлением на скалы возле Дейр-эз-Зор, а его истребитель только что потерпел крушение где-то в бесконечном песчаном море, поддавшись матушке гравитации.

Пошатнувшись из-за хлынувшего в кровь адреналина, Ашер не устоял на ногах и буквально рухнул на мягкое сиденье дивана. И в этот раз приземление опять не прошло так гладко, как он рассчитывал. Вряд ли он снова взлетит. Удар под дых. Очередная контузия. Раскаленное добела солнце пустыни ослепляет, и он больше не видит ничего вокруг себя, кроме нее. Она ничуть не изменилась. Только взгляд вечно распахнутых глаз стал таким же холодным и колючим, как у его сестры. Теперь она такой же мертвый ангел со сломанными крыльями, но от этого не менее прекрасный, чем в день их первой встречи.

– Я думала, что мы закончили в прошлый раз, – звучит с легким налетом скепсиса в ее голосе, и многозначительная пауза заставила Ашера усмехнуться под шарфом, скрывавшим лицо. – Но ты опять тут, – и утверждение и вопрос одновременно.