Горничная с секретом

- Нельзя, - покачал головой дядюшка. - А за Маланку ты не беспокойся. Отродясь ей советы не нужны были, тем паче помощь. Да не трясись ты так! Верно всё Маланка делает. Ключи вывела, значит. Кто бы в местах наших не пакостничал, девочка, а только тех, к кому присосался, у Маланки не найдёт. Больно защита хороша.

Дядюшка замолчал, взгляд его снова затуманился.

Я дышать боялась - лишь бы дать ему время помечтать, побыть хотя бы в зыбком мысленном пространстве наедине с дорогими воспоминаниями. А в том, что воспоминания, связанные с ведуньей Маланкой дядюшке дороги, я почему-то не сомневалась.

Лишь когда прощались позволила себе ещё раз осторожно так о «долге» спросить. Том, о котором Маланка говорила. Спросила и. не такой реакции я ждала!

Дядюшка вдруг запрокинул голову и звонко, почти по-мальчишечьи, рассмеялся.

- Ещё чего, долг ей приспичило, - прокашлял он сквозь смех и вытер навернувшиеся слёзы. - Ишь, чего удумала, егоза!

Я хихикнула: впервые дядюшкино «егоза» относилось не ко мне.

.По мелким детским следам мы неслись наперегонки с лесавками: разнообразия ради я обернулась одной из них, а затем, под их же возмущённый писк, сменила новый облик на заячий. Обижались лесавки зря: как они не старались, на заячьих лапах в скорости я всё-таки опережала.

И, как выяснилось, не зря неслась, сломя голову, будто на пожар!

Когда до подножия оставалось рукой подать и у меня появилась надежда, что, взбираясь на гору, дети выдохнутся быстрее меня, и тогда-то я их и настигну, впереди, наконец, мелькнули белые холщовые рубахи да алые платки на круглых головёнках!