Поцелуй меня, любимый

— Отец, умоляю, не отдавай меня степняку, — шептала Сабмила, и было столько боли в её тихом отчаянии, в дрожащем голосе, распахнутых немигающих глазах. — Я не хочу за него замуж! Я не могу уехать из родных мест, войти в его гарем и тем самым оборвать навсегда свои корни. Лучше смерть, чем никогда не видеться с вами.  

— Что-о-о, — протянул Гаруф, решив, что ослышался: его дочь всегда была неразумна и недальновидна в своих поступках и требованиях, но то, о чём она сейчас говорила, вовсе походило на бред. 

— Я не выйду за степняка, — закричала Сабмила, думая, что отец не расслышал с первого раза, о чём она говорила. — Я не поеду в Серебряную Завлудь. Я наложу на себя руки. 

— Дочь моя, мы не можем не выполнить своего обещания, — ошеломлённо проговорил Гаруф. — Слово правителя Эграна нерушимо! Ты назвала степняка своим избранником. Назвала при всех! Мы теперь просто обязаны выполнить свои обязательства перед пранадармцем! 

— Хорошо, отец! — Сабмила покорно опустила голову, не выдержав осуждающего взгляда отца. — Я исполню твою волю, — тихо проговорила она. — Прошу только об одном: обними меня в последний раз и поцелуй. И помни, что бы со мной ни случилось, никогда не вини себя в этом. 

Гаруф притянул к себе дочь и какое-то время стоял с закрытыми глазами, ласково гладя своё взбалмошное дитя по спине, а в его голове крутились мысли одна страшнее другой.   

— Мидин, — позвал он друга. 

— Да, Ваше Величество.

— У нас получится собрать дань за двенадцать лет в течение часа? 

— Получится, — уверенно произнёс Мидин. — Но думаю, посол теперь навряд ли согласится просто забрать дань и отправиться на родину. Он же сражался на турнире за руку вашей дочери и чуть не погиб из-за этого, его спасло лишь чудо, точнее, ваша племянница, — решил напомнить он о печальном происшествии. — Кстати, лекари передали, что Чанлиф идёт на поправку. Вы не зря платите своим целителям. 

— Это очень хорошая новость, — задумчиво проговорил Гаруф, не замечая, как его дочь презрительно поджала нижнюю губу при упоминании сестры. — Мидин, собери дани больше, чем за двенадцать лет, и прикажи подготовить десять красивых дев из самых лучших семей Тарканата, — приказал Гаруф, заботливо стирая шёлковым платком слёзы с лица принцессы. — Дочь моя, я обещаю, что попробую договориться со степняком, но, если он будет настаивать на своём решении взять тебя в жёны, нам придётся выполнить обещание.

— Спасибо, отец, — поблагодарила Сабмила.

— Пока благодарить не за что. — Гаруф решительно зашагал к выходу из покоев. — Стража, за мной! 

Глава 22

Милада-степняк уже минут десять стояла перед зеркалом и никак не решалась отправиться на встречу со своей будущей женой. Горько усмехнулась. 

“Докатилась. Дожила. Через несколько минут я стану мужем самой капризной принцессы Эграна. Что же я буду делать с ней, если нас и правда соединят сейчас узами брака? Боги! И чего я добилась?”