Швам

Конечно же, как рождество и без устриц, Конечно же, что за привоз без аллюра Индеек и куриц, грилями напудрясь До неузнаваемо, кто были куры. Мой хлеб отобрали трёхструнные лирки, Во славу двустворчатой спеси нормандской, И толстые рынки стоят по старинке На том основаньи, что на провианте. Конечно же, нет в протоколах у эха Ни тени о торге за упоминанье, Что мелочи держат на два чебурека Карманы пошире, чем дыры в кармане. Крадёшься, развив образцы на раскладках До темы, конечно же, в праздники выжить, Вернуться в загоны, забраться на грядки, Расти рождества, разумеется, выше. Движенье, как провод, где ток центробежный И вектор покорен отсутствию знака, Конечно же, нет рождества, если Вечно — Стоит (означая движенье, однако). Конечно же, бедные устрицы шкурный Вопрос поднимают, со створчатым вкупе, Что берег нормандский верней, чем лазурный, Присутствуя в теме о дюжину купим. Где ясно, что в местоименье не склеить Казачество сольное тел напряжённых. Индейки и курицы будто не лебедь, А праздника стрелам не ты лягушонок. Конечно же, мной потроха не на пользу, Когда притяжение чуешь паштета, Когда посягаешь на мрамор и бронзу, А эти снимают тебя со скелета. Чуть в более позднем сокрыто прочтеньи И то, что близнец у, конечно же, — вряд ли, И то, что у даты тобой порученье Сходиться в подлоге при даты обряде. Когда всё горит — это к радости шланга, Дрожит, извиваясь, и внутренность чешет. Где вечное всюду, иное — приманка И дыры в прищепках, чтоб звёздочки вешать.