Электронная книга - «Война закончилась, львёнок (СИ)». Краткое содержание книги:
— А чем займемся мы, сэр?
— Мне необходимо встретиться с информатором, — медленно начал он, взглянув на нее, — а вы займетесь окклюменцией.
— Что? — выдохнула она, уверенная, что ослышалась, — я останусь здесь? Просто сидеть пока остальные действуют?
Он вскинул бровь и неприятно усмехнулся.
— Можете занять любое положение, не обязательно сидеть.
— Я хочу пойти с вами, — с нажимом сказала она.
— Это невозможно. Помните, вы согласились на мои условия. Вот и следуйте им.
Да, Гермиона согласилась, наивно полагая, что сможет его убедить какой полезной она может быть. Согласилась потому, что остаться одной в четырех стенах было невыносимо. Но сейчас глядя в его слегка насмешливые глаза, поняла, что ничего не добьется. Сдерживая язвительные слова и свою злость, она с силой прикусила щеку, надеясь, что боль поможет уровнять дыхание. Поняла, что проигрывает, встречаясь с ним взглядом. Она хлопнула ладошками по столу, громко отодвинула стул и встала. Провожаемая его взглядом стремительно поднялась на второй этаж, желая скорее оказаться в своей комнате. Хлопнула дверью изо всех сил, но легче все равно не стало.
Гермиона принялась расхаживать по комнате, как загнанный зверь. Ей было непривычно бездействовать в такие моменты. Все ее существо хотело броситься решать проблемы, производить допросы или хотя бы просто патрулировать. Оставить ее в Штабе без заданий? Это все равно, что отстранить. Лишь видимость того, что она в команде. От бессилия зарычала и пнула кровать. Окклюменция? В таком состоянии?
Спасибо, сэр, но нет.
Упала на кровать и уставилась в потолок. Пролежала так несколько минут, и сама не заметила, как начала восстанавливать дыхание и закрывать мысли, следуя указанию Северуса. Правда каждый раз, когда его лицо всплывало в ее голове, она сжимала зубы, стараясь скорее спрятать его подальше. Она не знала сколько времени прошло, но вскоре обнаружила, что в голове необычная легкость. Ни мыслей, ни воспоминаний, лишь звенящая пустота. Она закрыла глаза, сосредоточившись на дыхании и стуке сердца, и не позволяя мозгу фокусировать ни на чем.
Что-то разбилось. Внизу. Этот звук заставил Гермиону подскочить. Здесь никого не должно быть. Она достала палочку, бесшумно и быстро направляясь вниз. Тихие разговоры, торопливые шаги. Она кралась по лестнице с нарастающим сердцебиением, пока вдруг не увидела, что два эльфа-домовика убирают разбившуюся в гостиной вазу. Она с неимоверной волной облегчения, опустила палочку и замерла позади них. Стоило им ее заметить, один вскрикнул и исчез, а второй обернулся и с любопытством посмотрел на нее.
— Привет, — начала Гермиона.
— Я прошу прощения, если мы напугали вас, — тонким голосом сказал он, продолжая убирать осколки, — к сожалению, я был не осторожен…
Гермиона снова достала палочку и посмотрев на эльфа, спросила:
— Можно я все поправлю?
Он неуверенно кивнул и Гермиона взмахнув палочкой, вернула вазе ее первоначальный вид, подняла и установила на комоде, с которого она упала. Затем повернулась к домовику. В самом начале своей карьеры в Министерстве, она отчаянно продвигала свое движение за освобождение эльфов. В ее планах было добиться для них полной свободы, но это оказалось сложнее, так как многие волшебники не хотели расставаться со своими помощниками, что, впрочем, было взаимно. Все стояло на месте, ничего не продвигалось, пока, однажды, будучи в командировке Гермиона не узнала, что во многих штабах эльфы находятся в крайне невыгодном положении. Тогда она мертвой хваткой вцепилась в Министра и прессу и добилась того, что был принят акт об освобождении всех министерских эльфов, находящихся в подчинении. Таким образом они могли уйти если захотят, либо остаться и получать униформу, зарплату и выходные. Гермиона была довольна собой, решив в тот момент обязательно подарить свободу всем эльфам, когда придет время.
— Как тебя зовут?
— Корвус, мисс…
— Грейнджер. Но ты можешь звать меня Гермионой, — она протянула руку для рукопожатия.
Глаза эльфа расширились и заблестели. Он схватил ее руку обоими ручками и крепко сжал.
— Так вы та самая мисс Грейнджер! Как я рад с вами познакомиться.
— Я тоже, — ласково улыбнулась она ему, — так ты здесь не один?
— Нет, мисс Гермиона. Нас трое. Но остальные слишком боятся попадаться на глаза волшебникам. У них была не очень счастливая жизнь, — он увидел, как вытянулось лицо его собеседницы и поспешно добавил: — но сейчас все хорошо, не волнуйтесь. Что я могу для вас сделать?
Гермионе потребовалось несколько минут, чтобы убедить его что ей абсолютно ничего не нужно. Потом попросила провести ее в библиотеку и оставшись там одна, она осмотрелась. Библиотека была очень темным помещением, потому что окна выходили на запад, да еще и все были оплетены плющом. Множество стеллажей уходили вглубь комнаты, в темноту. Гермиона поразилась подобному количеству книг, и пройдясь среди полок с палочкой, убедилась в том, что вся коллекция относится к маггловской литературе. Кроме пары стеллажей вначале.
Гермиона выбрала книгу, села в глубокое кресло, зажгла свечу и углубилась в чтение. Так прошло несколько часов, и она подняла голову только когда услышала негромкие шаги рядом с собой. С удивлением отметив, что сидит почти в кромешной темноте.
— Отдыхаете? — с долей сарказма спросил выплывший из темноты Северус. Гермиона отправила ему самую фальшивую улыбку из всех возможных.
— Ну раз я больше ни на что не гожусь…
— Вы занимались?
— Да, — сказала она, посчитав что это не будет враньем, ведь минимум полчаса она позанималась.
— Давайте проверим, — сказал он, вскидывая палочку.
— Стойте, — быстро сказала Гермиона, выставив руку, не на шутку испугавшись, — вы не залезете ко мне в голову. Так нельзя.
— Так не дайте мне в нее залезть, — сказал он тоном, словно это было очевидным решением проблемы, затем произнес, — Легилименс.
Гермиона выставляла поспешные щиты, опуская стены, пряча воспоминания в темноту. Она чувствовала легкое давление, но сдержала натиск, отчаянно не желая, чтобы он что-то увидел. Но через пару минут давление стало просто невыносимым. Он ворвался в ее память. Воспоминания отрывистыми сценами пронеслись в ее голове.
…она и Гарри стоят в стороне и смеются на Луной, которая вставляет деньги в купюроприемник, а он выдает ей ее назад, и она стучит по нему и грязно ругается…
…Гарри наклоняет к ней голову и целует ее…
…она бросается в объятия папы и тот крепко сжимает ее…
…Рон кричит на нее, когда она снова опоздала на важную деловую встречу, на которой должна была быть с ним в качестве поддержки, а Гермиона пытается его успокоить, хватая его руки, которыми он машет перед ее лицом…
…Гермиона прыгает в воду с обрыва, вслед за контрабандистом, который пытается убежать уже после того, как они его обезоружили…
…сильные руки толкают ее, и она врезается в стену, с тихим вскриком, а в следующий момент, Рон прижимает ее своим телом, поднимая платье…
— Хватит, — сдавленно выкрикивает Гермиона, но он уже и сам покидает ее сознание. Гермиона знала, что он ни одно не просмотрел полностью, а летел словно ветер, заглядывая на пару секунд в каждое ее воспоминание.
Сейчас даже сидя в кресле она не может удержаться и от головокружения заваливается вбок, хватаясь за подлокотники. Голова раскалывалась после этого недолгого вторжения.
— Ваши навыки хороши, но при настоящем давлении вы быстро сдаетесь. Вам нужно научиться выдерживать натиск чужой воли. А если боитесь боли, научитесь подменять то, что не хотите показывать, после того как впускаете кого-то.
Его голос глубокий и спокойный. Но Гермиона не желает встречаться с ним взглядом, поэтому после кивка, опускает голову, пряча румянец на щеках. Но он не уходит.
— Необходима тренировка, Гермиона. Попробуем еще.