Три мгновения грешного лета

— Вы сегодня очень хорошо выглядите, — не удержалась от похвалы Светлана. При определенных обстоятельствах он даже может понравиться, добавила, но уже мысленно, она.

— Вам нравится, — явно обрадовался он. — Я старался. После того, как мы вчера расстались, я приехал домой, сам не знаю, почему подошел к зеркалу и стал смотреть на себя чужими глазами. Могу даже уточнить, что это были ваши глаза. Я подумал: а может ли такой мужчина нравится, к примеру, такой замечательной женщине, как вы? И пришел к печальному для себя заключению: нет, не может. И тогда я решил, что должен сменить облик. По крайней мере, внешний, так как со сменой внутреннего облика могут возникнуть определенные трудности и задержки. Сел в машину и поехал в один мне известный дорогой бутик. Я часто проезжал мимо него, но никогда у меня и мысли не возникало в него зайти и что-то там купить. Я всегда выбирал магазины по проще. А вот вчера решил, что хватит, в человеке, как известно, все должно быть прекрасно. Пока из этого всего мне оказалось доступным сделать прекрасным рубашку, пиджак, брюки, галстуки туфли. В общем, все то, что можно купить за деньги в хорошей, как говорили раньше, торговой точке.

Стефанов рассмеялся, как бы превращаю свой рассказ о смене облика в шутку. Но Светлана нисколько не сомневалось, что на самом деле, он говорит все это абсолютно серьезно. И знает, что она это тоже знает. Просто это такая игра, которая дает каждому из них определенную свободу маневра и для наступления и для отступления. Но тогда, что же ей предпочесть: наступать или отступать?

— Меня всегда радует, когда человек о становится красивей, пусть даже только внешне, — сказала Светлана. Она решила, что в этом, весьма двусмысленном разговоре будет лучше всего придерживаться нейтральной позиции. — Это первый этап, ведь если у человека есть ощущение красоты, то рано или поздно он начнет постигать ее более глубокие основы.

— Вы великолепно сказали! — взволнованно проговорил Стефанов. — Подсознательно именно я из этого и исходил, когда так решительно менял вчера вечером свой облик. Меня не покидало ощущение, что я начинаю двигаться к чему-то иному, гораздо более к глубокому, чем к простой смене одежды. Мне так приятно, что вы так хорошо все это понимаете. Между прочим, это случилось под непосредственным вашим влиянием.