Научи меня плохому

Договорить он не успел; догадка острым лезвием кольнула разум девушки, та упала в кресло, зажала уши руками, замотала головой:

- Нет, я не хочу этого знать! - закричала Кристина, не сдержав слез. Казалось, они копились так долго, и их было так много, что она не сдержала их. Весь мир потонул в слезах, расползлось в глазах и потеряло очертания буквально все. И Ричард тоже. Он стал не похож на себя, н стал просто цветным пятном, в котором Кристина напрасно высматривала черты другого… - Нет, ради Бога, не сейчас! Ричард! Ты должен понять меня! Сейчас, просто понять! Мне так много человек говорили о чувствах! Ральф… и оказалось, что я для него - всего лишь приятное приложение к деньгам моего отца. Алекс - и его чувства превратились в игру. В страстную и сумасшедшую, но игру. Не настоящее. Неправда. Не верю. Теперь ты… вы, Ричард. Я всегда была в вас… в тебе уверена. Друг; опора. Всегда  поможешь, всегда подскажешь. Ты единственный, у которого принимать помощь легко, потому что за ней второго дна с выгодой или подлостью. И вот ты говоришь о чувствах, и я думаю - а не это ли то самое второе дно, которого не было?!

Ричард молча переждал ее истерику. Ни один мускул не дрогнул на его лице, он не стал оправдываться и убеждать Крис в том, что она ошибается, и Крис, ободренная его молчанием, продолжила.

- Я не хочу так думать о тебе, Ричард. Не хочу думать плохо. Не хочу думать о двойном дне. Не хочу думать, что ты заботился, опекал, поддерживал меня, выжидая удобный момент, как Алекс…

Ричард горько усмехнулся.

- Разве я посмел бы, - произнес он отчетливо. - Я думал… раньше, до всего этого… что всегда буду смотреть со стороны, как проходит твоя жизнь без меня в ней. Я и не надеялся, что ты окажешься так близко.

И сам Ричард оказался так близко.

Очень близко.

Кристина могла рассмотреть даже лукавые морщинки в уголках его глаз.

От этого внезапного сближения у девушки перехватило дыхание, в голове перемешались мысли - и горячечные, бессовестные, об Алексе, стыдные - о Ральфе, и испуганные - о нем, о Ричарде. Она подумала, что он бесконечно благороден, если готов принять ее после всего того, что было у нее с Алексом. Окружение их не могло не перешептываться, не могло не обсуждать ее поведения. Не могло не вписывать ее в очередные трофеи Алекса. И шлейф этой истории потянется еще долго.

А Ричарду плевать. Он готов был закрыть на это глаза. И признать ее своей - не просто девушкой, но и невестой. Закрыть плечами ото всех, от злых языков, от стыдных слов.

Кристина думала, что он поцелует ее. Сгребет бесцеремонно в охапку и поцелует, сильно и страстно, но Ричард не посмел. Он осторожно и бережно, словно мог причинить боль, взял ее руку поднес к своим губам.