Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834

По мере приближения Тудора к столице представители (каймакамы) новоназначенного господаря Скарлата Каллимахи удалились в османскую крепость Джурджу[362]. Некоторые из великих бояр, включая членов временного боярского правительства, бежали в Трансильванию. Из Брашова (Кронштадта) они обратились к австрийскому императору Францу I, Александру I и к Порте с осуждением фанариотского правления и восстаний Тудора и Ипсиланти[363]. Те из великих бояр, что остались в Бухаресте, составили новое временное правительство и также обратились к царю. В своем обращении они жаловались на тиранию последних двух господарей, в результате которой «многие несчастные налогоплательщики малой Румынии (т. е. Малой Валахии или Олтении. – В. Т.) были вынуждены восстать». Бояре молили Александра I направить русскую армию на защиту их страны от османских войск, которые при содействии фанариотов уже готовились к вторжению с южного берега Дуная[364].

После вступления Тудора в Бухарест высшее духовенство и остатки крупного боярства поклялись «никогда не замышлять ничего против его жизни и чести», а также действовать союзно с ним во всех устремлениях, «которые не будут вредить благу, безмятежности и честному образу жизни валашского народа»[365]. Со своей стороны Тудор поклялся «никогда не замышлять против жизни и чести соотечественников или похищать их собственность» и признал временное боярское правительство. Он также обещал принять меры для того, чтобы остановить «ущерб и зло», совершаемые его сторонниками, а также убедить жителей всех 16 уездов Валахии «подчиниться правительству»[366].

В этот момент пришла весть об осуждении Александром I восстаний Ипсиланти и Владимиреску[367]. Первой реакцией на нее бояр, остававшихся в Бухаресте, было обращение к султану, царю и австрийскому императору, в котором они попытались доказать, что движение Тудора не имело подрывного характера и лишь стремилось к восстановлению привилегий страны, попранных предыдущими господарями[368]. В письме к Строганову бояре утверждали, что народ «не был движим духом возмущения», однако «был приведен в последнюю степень отчаяния грабительством последних господарей». Бояре просили российского посланника заступиться за них перед османским правительством для того, чтобы предотвратить османскую оккупацию, а также сделать возможным их обращение к Порте с просьбой о восстановлении «прав и привилегий этой страны»[369]. По получении новости о переходе османскими войсками Дуная те же бояре адресовали еще одно отчаянное обращение командующему 2‐й российской армией в Подолии П. Х. Витгенштейну, после чего бежали из Бухареста[370]. Молдавские бояре покинули свою столицу еще ранее, вскоре после того, как силы этеристов перешли из Молдавии в Валахию и когда стало известно об осуждении Александром I предприятия Ипсиланти[371].