(Не)любимый муж

— Майюш, ты не понимаешь — мы, мужчины, по-другому устроены. Нам секс жизненно необходим. И когда перед тобой сиськами трясут, удержаться просто невозможно! — горячо возражает Егор.

Я всегда знала, что он не самый умный и сообразительный парень, что он мыслит стереотипами и слишком зациклен на сексе. Но когда мы встречались, я прощала все его недостатки. Любовь застилала мне глаза, делала терпимой и понимающей. Попросту говоря — я была той ещё доверчивой идиоткой.

Слушать тупые оправдания Егора без флёра влюблённости оказалось сложно.

— Давай я ещё раз повторю, для особо умных и сообразительных, — резко перебиваю его. — Я никогда к тебе не вернусь. Я очень счастлива с Ярославом. Живи своей жизнью, а меня оставь в покое. Идёт?

— Но ты не сказала, что любишь своего супруга, — радостно улыбается Егор.

— Главное, что тебя я больше не люблю, — окидываю его презрительным взглядом, но бывший не тушуется, а лишь ухмыляется самодовольно.

— Ты просто злишься на меня, простить никак не можешь, но твои чувства никуда не исчезли. Я же вижу, как ты реагируешь на моё присутствие.

Всего пару дней назад я применила физическую силу, влепив пощёчину Маринке. Еле сдерживаюсь, чтобы не ударить Егора. Ну уж нет, я не поддамся искушению, хотя пальцы зудят от желания расцарапать холёное личико бывшего парня.

— Ты ошибаешься, Егор, — вздыхаю. — Я не собираюсь перед тобой распинаться и что-то доказывать. Тешь себя иллюзиями и дальше, если тебе так проще. Но больше ко мне не подходи.

Я хочу прекратить этот бесполезный разговор. Пытаюсь обойти бывшего, как вдруг Егор сильно дёргает меня за руку. Теряю равновесие и, чтобы устоять на ногах, хватаюсь за его плечи. Секундное неосознанное движение — и всё летит коту под хвост. В глазах Егора появляется плотоядный блеск, он так крепко сжимает мои запястья, что становится больно.

— Да отпусти ты! — восклицаю, испуганная его странной реакцией. Ухмыляется, держит силой.

— Перестань сопротивляться, Майя. Видно же, что ты до сих пор по мне сохнешь, — его голос сочится превосходством.

Егор притягивает меня ближе, наклоняется и целует. Я даже опомниться не успеваю, просто не осознаю другую реальность, в которой бывший позволяет себе подобные вольности. Он совсем долбанулся?

Грубое прикосновение чужих губ, тошнотворный сладкий запах парфюма, боль от жёсткого захвата — всё вызывает во мне дикое неприятие, возмущение, гнев. Бурлящий адреналин вперемешку с ненавистью добавляет сил: я вырываю руку и полосую ногтями щёку Егора. До крови. Он отшатывается.

— Больной ублюдок! — кричу на него, содрогаясь от злости и отвращения.

Наверное, я пожалею о своих действиях, но сейчас меня разрывает от желания отомстить обидчику. Хочу ударить его побольнее, отбить ему яйца, залепить пощёчину. Тяжело дышу, поднимаю руку.

И слышу сзади довольный смешок.