Грязная жизнь

Задыхаясь от удовольствия, я ответила:

— Кто?

Подняв голову, он пробормотал:

— Бармен. Кто он?

Медленно моргнув, я отстранилась, чтобы посмотреть на своего мужа.

— Я не знаю. Я никогда не видела его раньше.

Он улыбнулся и опустил рот обратно туда, где мне это было нужно. Я вздохнула с благодарностью.

Внезапная жгучая боль пронзила мою грудь, и я взвизгнула, пытаясь отстраниться. Но руки Дино сжались вокруг меня. Второй визг вырвался из меня, когда боль вернулась с удвоенной силой. В испуге я толкнула мужа за плечи.

— Дино, остановись.

Но он снова укусил меня. Сильнее.

Сжав зубы, я проглотила вопль агонии и прошептала сломленным голосом:

— Но это же мой день рождения!

Твердой рукой он столкнул меня с колен на пол лимузина. Я упала на живот, с резким хрипом у меня перехватило дыхание. Я слышала, как он снимает ремень. Он резко задрал низ моего платья и стащил мои трусики вниз до колен.

Я не была готова, когда он вошел сзади, пробормотав:

— Ты лжешь, маленькая сука.

Боль была невыносимой.

С каждым толчком я чувствовала сухой укол мучительной боли, живот болел, белые круги плясали перед моими глазами…

Я думала, что потеряю сознание.

Все глубже и глубже он входил в меня, хрипя и бормоча мне на ухо, пока, наконец, к счастью, тьма не захватила меня.

Единственное осознание того, что Дино не разрывает мое тело, проявляется в виде удушающего крика, вырывающегося из моего горла, когда я карабкаюсь обратно в угол дивана, как раненое животное. Я поднимаю дрожащие руки, чтобы прикрыть рот, я задыхаюсь в них, пот выступает на лбу. Я моргаю сквозь жгучие слезы.

Я пытаюсь проглотить комок в горле. Мой испуганный голос звучит в тишине комнаты:

— Я тебя ненавижу.

Линг и Юлий обмениваются любопытными, но хмурыми взглядами. Линг осторожно пожимает плечами, но я улавливаю это, и внезапно замираю.

Когда мои щеки загораются, мое подсознание смеется.

Ты сходишь с ума.

Я прочищаю горло, поднимаю глаза, чтобы встретиться взглядом с Юлием.

— Если вы не собираетесь убить меня сегодня вечером, могу ли я где-нибудь отдохнуть?

Его молчание длится минуту, но он говорит мягко:

— Вверх по лестнице. Вторая комната справа.

Вверх по лестнице.

Моя нога адски болит, а он поселяет меня в комнату наверху. Конечно, он делает это специально.

Наказание.

Я наказана. Я понимаю смысл его послания, и выдержу этот удар.

Медленно прохожу мимо них, иду прямо, хотя каждый шаг — настоящая пытка для моей раненной ноги, я осторожно поднимаюсь по ступенькам, моя раненая пятка болит с каждым шагом, но я не позволяю им видеть боль.

Я не могу.

Я умею скрывать боль. Жизнь с Дино научила меня этому.

Они могут забрать у меня все, но я не позволю им отнять мою гордость. Они могут вырвать ее из моих холодных, мертвых пальцев.