Патриоты
- Автор: Лазарев Евгений Валерьевич
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Патриоты». Краткое содержание книги:
– Здравствуйте, тётя Мария! Не узнаёте? А я вас сразу узнала.
Растерявшись и ничего не понимая, Басан молчала. Она действительно этих девушек видела впервые. А чернявая, подойдя вплотную, тихо произнесла, глядя в глаза:
– Привет вам от Николая и дяди Христо. Пойдёмте в дом.
Басан вздрогнула: «От Николая, от зятя? Значит и девушки оттуда». Ноги у неё подкосились, но чернявая обняла её за плечи. Подошла вторая девушка.
– Заходите, заходите в дом, – вытирая слёзы, засуетилась Басан. – Сейчас приготовлю что-нибудь поесть. Как же вас звать, милые?
Чернявая улыбнулась:
– Меня, вашу племянницу, звать Раей, а это моя подруга, Шура.
В доме Рая снова улыбнулась и протянула Марии Денисовне сложенный вчетверо конверт.
– Письмо от Николая, – хитро прижмурив глаза, сказала она.
Басан, надев очки, начала читать. Николай сообщил, что он жив и здоров. Его жена, дочь Марии Денисовны, тоже. Просил помочь случайно встретившимся Рае и её подруге. «Мама, а Раю ты, наверное, не помнишь. Она гостила у нас летом 1936 года. Сейчас ты её не узнаешь, так она выросла». Мария Денисовна посмотрела на Раю и невольно улыбнулась. Представить эту девушку, какой на была восемь лет назад, действительно было трудно, потому что у Марии Денисовны вообще не было племянницы. В конце письма шли приветы всем близким и далёким родственникам, соседям в Слободке. Николай даже спрашивал, жив ли их пёс Шарик. Всё было правильно, но почерк был чужой, не зятя. Басан вопросительно посмотрела на Раю и та легонько кивнула в ответ. На душе у Марии Денисовны потеплело. Письмо было из-за линии фронта, оттуда, где был муж её дочери. Ничего, что почерк не его. Письмо писали свои, родные люди. Басан поднялась, поцеловала Раю в лоб. Тихо сказала:
– Хорошо, родные. У нас тут много честных людей. Вместе подумаем, как лучше сделать. А сейчас по болгарскому обычаю прошу к столу.
– Спасибо, Мария Денисовна!
Шура и Рая крепко прижались к старухе.
4. Есть хорошие люди
Есть хорошие люди. Семья Петра Яковлевича Станцоя жила по левой стороне улицы Слободки, если ехать из Булатовки. В этот день Пётр Яковлевич поднялся с головной болью. Даже в доме ничего не хотелось делать.
Всю ночь он раздумывал, где может быть Красная Армия в это время. Румынским газетам он не верил, хотя читал их. Между строк он улавливал иногда то, что хотелось бы скрыть румынам и немцам от населения. Но вот в последнее время среди румынских солдат снова начали распространяться слухи о новых наступлениях немецких войск, о готовящемся каком-то сверхмощном оружии.
– Эх, послушать бы хоть раз своими ушами Москву, всё стало бы понятным, – не раз говорил он жене Ефросинье Георгиевне. Та мочла отворачивалась и утирала слёзы. Сегодня было как-то особенно тяжело на душе. Пётр Яковлевич вышел во двор. И вдруг услышал негромкий окрик:
– Петро, иди сюда.
Возле калитки стоял его приятель Калин Мелентьевич Домбров. Ни о чём не думая, медленно подошёл к нему. Станцой и поздоровался. Калин не спеша обвёл улицу взглядом и тихо проговорил:
– Петро, я тебя давно знаю. Дело серьёзное. Никаких клятв с тебя не беру. Но учти, в случае чего ответ придётся давать головой.
– Говори яснее, Калин.
– А яснее вот, что. В Слободке сейчас находятся две девушки – советские разведчицы, ясно?
Сначала Пётр Яковлевич решил, что его приятель не в себе, но увидев устремлённые на него, полные тревоги глаза, сразу вспотел и прислонился к забору.
– Это правда, Калин?
– Да, – ответил тот. – Нужно сейчас встретить одну из девушек, а потом перенести к себе рацию. Говори сразу, согласен?
Этот вопрос ударил Петра Яковлевича, как пощёчина.
– В семье у нас трусливых нет. Пошли.
Они вышли на улицу, вдоль которой выстроились дома бывших немецких колонистов. Многие из них теперь пустовали. На перекрёстке двух улиц, которые образовали что-то похожее на небольшую площадь, Домбров сказал:
– Здесь подождём.
Было примерно 10 часов утра. Вдруг из-за угла послышалась немецкая речь, храп лошадей, и на перекрёсток выехал пароконный обоз. Не доезжая до беседующих приятелей, немцы распрягли лошадей. Их было трое. У одного на руке выделялась повязка. «Власовец», – подумал Пётр Яковлевич.
Фашисты не спеша занялись завтраком. И в это время в конце улицы появились две девушки.
Пётр Яковлевич взглянул на Домброва и сердце у него учащённо забилось, тот побелел как полотно.
– Они, – только и успел шепнуть он.
– Ничего, – тихо бросил Станцой и,хотя никогда не курил, предложил громко: