Жена с изъяном

На четвертый день после смерти Пифаль я все же вышла в парк. Сонливость накатила, стоило оказаться на свежем воздухе. Вскружила голову. А я вся иззевалась, гуляя в компании молчаливой служанки.

И то и дело ловила себя на мысли, что сравниваю эту женщину с ворчливой и бойкой Пифаль. Пусть камеристка и не была идеальной, но… с ней было веселее, что ли. Хотя бы временами.

Решение, которое зрело во мне уже несколько дней, наконец полностью сформировалась именно в этот момент. Я резко повернулась к женщине и скомандовала:

— Велите готовить карету. Я хочу отправиться в деревню Ниваль.

Та, если и удивилась такой внезапной просьбе, виду не подала. Поклонилась и поспешила в сторону конюшен, оставив меня в компании нескольких воинов герцога, следующих за нами по пятам.

А уже через полчаса я подпрыгивала на кочках вместе с каретой и начинала понимать, почему тут все предпочитают передвигаться верхом. На лошадей я пока смотрела со смесью страха и трепета. Но мысленно готовилась к тому, что рано или поздно нужно будет и этот навык освоить.

Когда карету подбросило и накренило на перекрестке Трех колодцев, меня подтолкнуло к мысли, что со страхом перед лошадьми пора начинать бороться незамедлительно. Лучше уж верхом объехать этот перекресток по бездорожью, чем каждый раз ловить микро-инфаркт от таких вот выкрутасов кареты.

— Сколько платят личным служанкам? — спросила я, когда на горизонте показались первые крыши домиков.

Женщина удивленно вскинула брови. Но тут же поспешила ответить:

— Зависит от места службы, миледи.

— Какой у вас оклад? Какой был у Пифаль? Или вы не знаете?

— Ну почему же, знаю. Пифаль моя добрая подруга, — служанка тепло улыбнулась, а у меня на душе заскребли кошки. — Оклад в месяц у нас был по три серебряных монеты.

Так… много это или мало?

— Вы довольны этим? — спросила я. И запоздало прикусила язык.

Когда-нибудь я научусь обращаться к людям ниже по рангу на «ты». Ну… а если нет, это будет моей фишкой — герцогиня, которая уважает слуг так же, как и аристократов.

— Да, — все так же удивленно отозвалась служанка. Кашлянула, покраснела и исправилась. — Конечно, миледи. Мне дают кров, еду и платят. Разве можно желать большего?

— Из каких запасов платят слугам? — продолжила я расспросы, выглядывая в окно.

Мимо промелькнули первые домики.

Женщина как-то подозрительно долго молчала, и я обернулась к ней. Но та только смущенно пожала плечами.

Ну да! Разве ей это может быть известно… Что-то я не подумала.

Ладно, с этим разберемся.

Карета в последний раз покачнулась и остановилась. Кучер спрыгнул с козел и поспешил открыть для меня и служанки дверь. Подал руку.

Я с наслаждением выпрямилась, оказавшись на улице, и окинула взглядом ближайшие дома. Местные жители уже выглядывали из окон, мимо пронеслась стайка смеющихся детишек, а оказавшиеся рядом женщины замерли в низких поклонах.