Знание — сила. Фантастика (2011-2015) [компиляция]

Бучнев вытянул руку, проверяя правильность определённого направления, и одновременно с этим его второе тело также вытянуло «руку». Но какую! Он почувствовал исходящую из себя энергию — слабое золотистое свечение, которое на некотором удалении сливалось с излучениями других членов Концентратики, собираясь там в лимонного цвета пятно, источающее запах, которому у Бучнева не нашлось никакого сравнения. В самом центре пятна горела яркая точка, — своеобразный фокус, вытянутый и чуть подрагивающий, как язычок пламени. Он почти касался, решетчатой оболочки коридора, но стоило Бучневу чуть потянуться вперёд, как золотистое остриё излучения тут же проткнула эту оболочку, пройдя сквозь неё совершенно свободно, точно та состояла из тумана, и замерла рядом с его человеческим телом. Теперь его руки — «рука» из золотистого света и рука из плоти — почти касались друг друга. Ещё немного, считанные сантиметры, и они соприкоснулись.

Слабый импульс, пробежавший от нервных окончаний, сигнализирующий о том, что пальцы коснулись чего-то, слился с нахлынувшей из энергетического фокуса волной тепла. Обе его руки, такие разные, почувствовали это.

Как завороженный стоял Бучнев, вытянув руку, наслаждаясь необыкновенным чувством прикосновения к неведомому, пускай это неведомое было его второй половиной. По сути, он просто коснулся самого себя, но сколько чудесного было в этом прикосновении! Он водил рукой по воздуху и всюду чувствовал касание протянутого к нему пучка живой энергии; он был гладким и податливо упругим, однако стоило чуть поднапрячься, и становился совсем иным — твёрдым, как камень и неукротимо сильным. Такой «рукой» можно было делать что угодно: и аккуратно поставить хрустальную вазу, и согнуть в дугу рельс. Сила. Воистину Сила.

«Надеюсь, вы получили ответы на ваши вопросы?» — беззвучно спросил кто-то.

«Да, — так же беззвучно ответил Бучнев. — Теперь да».

Внезапно всё исчезло; диковинный пёстрый мир погас так же внезапно, как и появился. Пару минут Бучнев непонимающе озирался по сторонам, пока не сообразил, что смотрит вокруг обычными человеческими глазами, воспринимая окружающее как человек, и только как человек. Он снова стал самим собой: с одним телом и разумом в единственном экземпляре.

Такая резкая перемена снова привела Бучнева в замешательство. На короткое мгновение у него даже возникло чувство неполноценности, словно от него отсекли некую важную часть. Словно он стал инвалидом: подслеповатым, глуховатым и одноруким придачу. Даже тоннели показались ему ещё более мрачными, нежели прежде.

В тихом многоголосом пении, по-прежнему звучащем у него в голове, снова послышался голос Концентратики:

— Вы удовлетворены?

— Да, — ответил Бучнев. — Это было самое удивительное, что я когда-либо видел.

— О вас я могу сказать то же самое.

— Почему?

— Вы самое удивительное и необычное, что я когда-либо встречала. Но в вас хранятся вещи не менее удивительные.