Дочь убийцы

— А восемнадцать миллионов тогда где?

— Да, восемнадцать миллионов, — сказал Игорь, приложив палец к подбородку.

Елена Кирей уже сказала, ради чего приезжали сюда Шестопалов и Ершов. Яна Егорова это подтвердила. Только вот никто не объяснил, где они, эти миллионы.

— У меня не было. Я только видеокамеру взяла.

— Какую видеокамеру? — осведомился Игорь.

— Если Яна разрешит, то я скажу, — заявила Елена.

Егорова глянула на нее зло, но с явным намерением держать себя в руках.

— Мы целовались с Антоном, он записал это на камеру, а ты украла у него запись, — проговорила она, сквозь зубы выдавливая слова. — Чтобы передать Кучину. Своему любовнику. Я нашла эту запись, когда убегала, и уничтожила ее.

— Коротко и ясно, — сказал Кокошин, с заметной симпатией глядя на Егорову.

— Я не собиралась ничего никому передавать. А в целом да, вы всего лишь целовались.

— Ты была с Антоном перед его гибелью? — спросил Кокошин.

— Я этого не отрицаю, — мягко глянув на него, произнесла Елена Кирей.

— Когда ты уходила, Самохин был еще жив. — Игорь хотел, чтобы так все и было.

— Самохин был еще жив.

— А деньги?

— Деньги у него были. Он хотел отдать мне полтора миллиона. Для Мотыля.

— Кто такой Мотыль? — полюбопытствовал Кокошин, но Елена пропустила этот вопрос мимо ушей.

Возможно, она просто его не услышала.

— Еще он позвонил Яне, сказал, что хочет с ней уехать. Я так понимаю, Антон хотел забрать ее с собой и скрыться.

— От кого?

— От Мотыля.

— Кто такой Мотыль? — повторил вопрос Кокошин.

— Это лучше спросить Нечадова. Он человек Мотыля. Как же я их всех презираю! — Елена сказала это не зло, а с тихой обидой.

Уголки ее губ опустились. Она как будто собиралась заплакать.

— Кто такой Мотыль? — в третий раз подряд спросил Кокошин и выразительно посмотрел на Игоря.

Возможно, речь шла о том самом Атамане, о котором упоминал Нечадов.

— Я не могу вам рассказать о нем подробно, — проговорила Елена Кирей и тяжело вздохнула. — Очень уж хочется жить.

— Криминал? — спросил Игорь.

В ответ Елена едва заметно кивнула.

— Нечадов — человек Мотыля?

— Да, он работает на него.

— Зачем Мотылю нужна Егорова?

— Возможно, это как-то связано с ее отцом, — ответила Елена и пожала плечами.

— В каком смысле связано? В хорошем или плохом? — поинтересовался Кокошин. — Яну нужно убить или, напротив, спасти?

— Зачем ее спасать? Яну никто не похищал. Наверное, Мотыль хотел вернуть Яну ее отцу. В знак доброй воли.

— Врет она все, — заявила Егорова, скривилась и пренебрежительно глянула на Елену Кирей. — Мой отец никак не связан с каким-то Мотылем.

— Тихо! — Кокошин вдруг вытянулся в струнку, прислушиваясь и всматриваясь куда-то в даль.

Он вытянул вверх указательный палец, требуя тишины.

Игорь тоже навострил уши. Вроде ничего подозрительного не было. Ветер шевелил листья на кронах деревьев, птицы пересвистывались, но это спокойствие на фоне трупов могло показаться тяжелым, зловещим. Возможно, это не ветер шелестел, а души новопреставленных кружили над телами.