Играя с огнем [litres][Playing with Fire]

Грейс

Говорят, беда не приходит одна.

Вот и моя неделя превратилась в грозовой ливень, упакованный в торнадо.

Он напрочь лишил меня привычной жизни, и мне оставалось лишь наблюдать, как ее останки кружат на ветру, в то время как я погружаюсь в темную пучину своей личной трагедии.

– Милая, мне так жаль. Я понимаю, что сейчас самое неподходящее для тебя время, но, пожалуйста, считай это моим официальным уходом на пенсию, – огорошила меня Марла в конце недели.

Я и так уже была на последнем издыхании. Во время работы мы с Уэстом вообще не разговаривали, бабушка снова чудила, объявив голодовку, – она до сих пор злилась из-за несостоявшейся томографии. Да еще и студенческая жизнь стала сущим наказанием: с тех пор, как Уэст Сент-Клер практически объявил, что я под его защитой, меня преследовали приглушенный шепот и сочувственные взгляды.

Все прекрасно знали, что мы с Уэстом не были закадычными друзьями, поэтому благополучно пришли к выводу, что он просто пожалел Греночку, его новую коллегу, и хотел удостовериться, что она не покончит жизнь самоубийством.

Мне хотелось заорать всем в лицо: «Это он ненавидит жизнь! Он хочет умереть! Не я. Я лишь хочу, чтобы меня оставили в покое».

– Ты увольняешься? – стараясь не выдать голосом волнение, я уставилась на Марлу. Марла кивнула, взяла мои руки в свои – маслянистые и припухшие – и поднесла их к губам.

– Ухожу на покой. Переезжаю. Пит нашел отличный дом во Флориде, недалеко от Майами. Очень милый, модный и притом по дешевке. Мы будем жить поближе к Джоанн, моей дочке, и ее маленьким сорванцам. К этому давно шло. Я уже не молода, хочу проводить время с внуками, ходить на прогулки и толстеть вместе с мужем.

Ничего нового она мне не сообщила. И все же я нелепо огорчилась. Не из-за Марлы, конечно. Глупо винить ее за желание улучшить себе жизнь. Я разозлилась на мир. Я зависела от Марлы, которая в какой-то момент перестала быть наемным работником, а стала скорее членом моей семьи. Марл всегда задерживалась допоздна и была на связи двадцать четыре часа в сутки. Бабушка в основном уживалась с ней, а Марла не воспринимала ее ворчание всерьез. Найти кого-то вроде нее будет трудно. Марла с рождения жила в Шеридане, но мало кто хотел ездить по работе в провинциальный городок. А те, кто был готов, требовал соответствующей финансовой компенсации.

Несмотря на то что я откладывала деньги на случай непредвиденных медицинских расходов для бабушки, да и ее пенсионные накопления нам помогали, о финансовой независимости говорить было рано.

– О, Марла, это же чудесно. – Подавив панику, я встала и крепко ее обняла. Я смаковала в ее объятиях этот короткий, вызывающий смешанные чувства эпизод, чувствуя, как начинает щипать глаза. – Ты это заслужила. Столько лет работала не покладая рук. Я очень рада за вас с Питом.

Она запрокинула голову и хлопающими движениями стерла слезы у меня с щек. Я поморщилась, когда она коснулась шрама. Он до сих пор саднил. Кожа там была тоньше, чем на правой, здоровой половине лица.

– Не волнуйся, Грейси-Мэй, я дам тебе два месяца форы. Времени найти замену хватит.

Я выдохнула. Два месяца и правда немалый срок.

– Спасибо. Тогда я сразу же начну поиски.

– Хотя ты знаешь мою точку зрения относительно вариантов на будущее. – У нее дернулся уголок рта, словно она пыталась сдержаться и не высказать то, что уже давно хотела.

– Знаю. Тем более после этой ее голодовки, – выразила я негодование.

Марла засмеялась.

– Ага. Кстати, она таскает к себе в комнату бекон, когда думает, что я не вижу. И… – Марла засмеялась еще звонче. – Я притворяюсь, что не смотрю, чтобы она поела.

Покачав головой, я с успокоением хихикнула.

– Она невыносима. Что мне с ней делать?

– Устрой ее в дом престарелых! – фыркнула Марла. – Она тебе только спасибо скажет.

Словно почуяв неладное, бабушка прокралась на кухню в своем ситцевом домашнем платье и тапочках-кроликах.

– Чего вы такой шум подняли? – Она направилась прямиком к посудному шкафчику и попыталась открыть дверцу.

Та не поддалась. В начале недели я установила магниты на все ящики, где хранились предметы, которые можно было использовать в качестве оружия. Такие используют родители, чтобы детишки не забрались внутрь. После инцидента с плитой я просто не могла рисковать.