Чем рыжие не шутят
- Автор: Пузыренко Оксана
- Серия: Поговорки о любви #2
- Язык: русский
- Жанр: Прочая детская
Электронная книга - «Чем рыжие не шутят». Краткое содержание книги:
“Гляжусь в тебя, как в зеркало”… Сказал бы я брату, но не стану. Потому что я симпатичнее!
Да, я знаю, что мы близнецы. И что? Нас просто разлечить. Запоминайте (или записывайте):
Я - хожу с улыбкой до ушей. Мой младший брат - с хмурым выражением (на моем лице!).
Я - спортивный красавчик, который обязательно вам подмигнет на вечеринке. Алекс тоже может очаровать вас, открыв рот и заговорив об искусстве. Правда делает он это редко (когда луна в созвездии Близнецов выпадает на 29 февраля).
Я - свой парень в любой компании. Сын маминой подруги и герой ваших романов. Саша - человек из прошлого века, тоже герой… Нет, аристократ нашего времени!
В общем, смысл вы уловили. Главное, что мы отлично дополняли друг друга. Пока в нашей жизни не появились… Они.
-Интересно будет с ней познакомиться. – Произнес Саша.
-Расскажи о себе еще. – Попросила, боясь пошевелить даже пальцем на руке, чтобы Алекс ее не отпустил. Остается лишь догадываться, не слишком ли долго он держит мою ладонь, если это всего лишь поддержка? – Папа? Мама? Только про братца ничего не рассказывай, он и так отлично справляется со своей пиар-компанией.
Художник сразу улыбнулся, а взгляд стал ещё теплее.
-Мама… Она замечательная. Творческая. Громкая. Счастливая. Она как летний ветер. Лейтмотивом моего детства стало воспоминание, как она порхает из комнаты, в комнату с огромной охапкой свежих цветов. Она расставляла их по вазам, всегда разные. Неизменно напевая под нос песни, только мотив, никогда не проговаривая слова вслух. Мы с Максом любили угадывать по мелодии, что за песню она поет… Редко удавалось. – Зорин отпустил мою руку, чтобы повернуть рулевое колесо. - Мама всегда приносила с собой спокойствие и ощущение теплоты.
-Ты близок с ней. – Не спросила, а утвердила я, почувствовав укол зависти.
Я сцепила руки перед собой, смотря в подол красной юбки. Весь усыпанный ошметками белой салфетки. Я смахнула их в сумку, обещая себе выкинуть сор при первой возможности. Но, подозреваю, на ее дне мусор пробудет еще не один месяц. Он составит отличную компанию старинным корешкам билетов и фантикам от жвачки без сахара.
Парень все же кивнул:
-Если для тебя источником поддержки, союзником, была бабушка, для меня им стала мама. Так что, я, вроде как, маменькин сынок. – Он усмехнулся и сощурился, отчего стал похож на ребенка. – А у отца больше интересов с Максимом.
Я задумчиво уставилась на профиль художника. Близнецы Зорины имели одинаковую внешность, но будто разделили весь мир пополам. Увлечения, предпочтения, даже родителей.
-Вы с Максимом совсем разные, да?
Саша раздумывал, прежде чем мне ответить:
-Да.
Все, без пояснений. Мне же было интересно, что сам парень об этом думает:
-И как же вам удалось это провернуть? Наверняка вас в детстве пытались одевать в одинаковую одежду, чтобы прохожие умилялись. Или отдавали в одинаковые секции.
-Это было непросто. – Ответил художник. – Объяснить не столько людям, сколько себе, что мы разные. Мы все детство были как привязанные. Не любили никого впускать в свой мир. С взрослением пришло и осознание собственной индивидуальности. Можно сказать, пошли разными путями… Максим ушел в спорт, я в искусство. Только вот… Неважно.
Я уставилась на парня, желая, чтобы он продолжил. Остро ощущая, что мне «важно», все, что он может сказать.
Внезапно он вновь опустил руку вниз, не глядя нашел мою. Я не стала задавать вопросов, ощущая его жест как молчаливую просьбу.
Я посмотрела, как ладонь парня спокойно легла сверху, полностью покрывая мою руку. Его пальцы были бледными, длинными, с выраженными костяшками и дорогами ярко-голубых вен. Захотелось пройти по ним кончиками пальцев, обрисовав каждую…
-Мы разные даже на уровне ощущений. – Задумчиво произнес Саша.
-Это как? – Оторвалась я от созерцания рук художника.
-Ну, например, я часто мерзну. Максиму всегда жарко. Макс не умеет затыкаться, он шумный, я не люблю пустые разговоры. Он не создан для планирования и порядка… Его комната… Просто ужасна, серьезно. Я нахожу в ней все кружки, которые он перетаскивает из кухни. – Саша прикусил губу, вспоминая еще факты, а затем кивнул: - Макс очень тактильный. Я же не люблю лишние телодвижения и прикосновения, отчего люди часто делают странные выводы.-Тут ты врешь. – Я, хоть и ощущала смущение, все-таки попыталась придать лицу наглый вид и кивнула на наши сцепленные руки.
Саша тоже посмотрел на наши ладони. Я думала, он отпустит руку, но художник вновь меня удивил. Его пальцы скользнули между моими, крепче сцепляя и сжимая мою руку:
-Это не я лгу, это ты исключение. – На губах появилась улыбка. Настолько лукавая, что любые вопросы потерялись в моей внезапно закружившейся голове. – Исключение, подтверждающее правило.
Я склонила голову, пытаясь скрыть улыбку. Я пока не знала, что конкретно между нами происходит. После той драки Саши и Гоши мы перекидывались лишь парой фраз. Александр был вечно занят, в какой-то момент мне даже померещилось, что он избегает меня.
Но вот он здесь, держит мою руку и говорит странные слова, смущающие и очаровывающие. Бьющие в сердце, как может лишь он.
-Я так и не сказала тебе спасибо. – Произнесла я негромко. – За то, что заступился тогда. И… Просто… Я не знала, что именно сказать.