Образование Древнерусского государства

Определяющим признаком феодализма в советской историографии было признано существование государственной или частновотчинной собственности на землю, при которых у непосредственных производителей посредством внеэкономического принуждения отчуждался прибавочный продукт. Но в славянских государствах, в том числе и на Руси, княжеское индивидуальное землевладение возникает сравнительно поздно[428], по крайней мере, уже после оформления государственности. Поэтому многими историками (М. Б. Свердлов, А. А. Горский и др.) основной акцент сделан на существование государственной собственности на землю, изначально в форме так называемого "окняжения". Однако "окняжение" земель — присоединение к основному ядру Древнерусского государства новых территорий и распространение на них верховной власти киевского правителя — не означает перехода к князю верховной собственности на эти земли, которые еще долго остаются собственностью племени[429]. По мнению современных исследователей, и полюдье, аналогичные примеры которого мы находим во многих предгосударственных и раннегосударственных обществах[430], не несет в себе элементов ни феодализма, ни рабовладения, поскольку возникает при первобытнообщинном строе в связи с функциональной дифференциацией общества (выделение вождей, жрецов и т. п.) и укрепляется в связи с возникновением социальной дифференциации общества[431]. Таким образом, представляется невозможным отнести раннегосударственные славянские объединения к феодальной формации. Возникает необходимость поиска принципиально иной, отличной от марксистской, схемы развития обществ, вышедших из первобытного состояния.

Проблемы политического развития ранних обществ получили всестороннее рассмотрение в рамках одного из направлений в этнологии, для обозначения которого в европейской и американской науке используется термин "политическая антропология". Советский ученый Л. Е. Куббель предлагает называть эту этнографическую субдисциплину "потестарной и политической" или же "потестарно-политической" этнографией[432]. Это направление на Западе активно развивалось еще в 50–60-е гг.[433], у нас же получило импульс только в последнее время. Некоторые выводы, к котором пришли политантропологи, позволяют устранить обнаруживаемую несостоятельность марксистской концепции в характеристике переходного периода от родоплеменного строя к феодальному. Прежде всего, государство рассматривается в политической антропологии не как репрессивная машина, в рамках которой государственная власть является выражением интересов господствующего класса, а как система, обеспечивающая жизнедеятельность общества, как единого политического организма. Основными признаками государства называются: наличие отчужденной от народа власти, функции которой выполняются особой системой органов и учреждений; наличие права, закрепляющего систему норм, которые обеспечивают функционирование общества; наличие территории, на которую распространяется государственная власть[434]. Таким образом, государство понимается как институционно оформленная социально-политическая система, обеспечивающая функционирование общества[435]. К приведенным выше признакам добавляют также наличие постоянно функционирующей системы налогообложения, естественно вытекающей из необходимости содержания институтов власти[436].