Женаты против воли

Кровь…

Кто-то ранен?

Мужчина распылил очередное создание, выбравшееся из трещины, и огляделся.

Здесь сложно было что-то рассмотреть. Четыре мощные трещины шли одна за другой. Каждая была опасна и требовала особого внимания.

Они и прежде сталкивались с подобными прорывами, но никогда не встречали подобного яростного сопротивления.

Шум, треск, пепел, гарь и дым, такой густой, что сквозь него сложно было что-то рассмотреть.

Да и отвлекаться — дело опасное. Слишком много тварей выползало наружу, слишком многие хотели его уничтожить.

«Мелисса»…

Коннор потянулся к ней мысленно, осторожно, стараясь не навредить. Младшая сестра еще не привыкла к такому контакту и в прошлый раз едва не потеряла сознание.

Она отозвалась почти сразу.

Злая, недовольная, но живая.

«Здесь… Отвлекаешь, братишка».

«Мы рядом», — раздался в голове голос Дина, и Хоторн довольно кивнул.

«Ранены?»

«Даже не зацепило».

Это Рейн.

«Держитесь. Их слишком много, но мы справимся».

Здесь можно было не волноваться.

Сестренка была под защитой Дина и Рейна, которые не только успевали отражать атаки, но и негласно присматривали за ней.

Нет, с этой троицей все в порядке.

Тогда кто?

Еще один монстр рассыпался в прах, а следом за ним другой, подобравшись ближе, чем остальные. Темный отчетливо видел острые белые зубы, которые так стремились впиться ему в шею.

Коннор позволил себе короткую передышку и нашел взглядом Питера. Обычно веселый и общительный, сегодня Монрей был слишком молчалив, да и на Хоторна почти не обращал внимания.

Их нельзя было назвать друзьями, но раньше они хорошо ладили.

Темный точно знал, в чем причина таких перемен: Рин.

Невероятная Светлая с густыми волосами, глазами цвета спокойного моря и ямочками на щеках.

Чужая невеста, забыть которую не получалось.

Она рассказала жениху про утреннюю встречу. Коннор сразу же это понял. Одного взгляда на мрачного Питера хватило, чтобы догадаться.

Но все ли Рин сообщила? Сказала ли о том, что показала ему своего пегаса, или о том, что они завтракали, расположившись на кривых корягах? Или о том, что Рин — единственная, с кем Коннор заговорил о своей жене?

Рин… соблазнительная и невинная сразу. Робкая и смелая, решительная и испуганная. Она не была похожа ни на одну из знакомых ему женщин.

Девицы Хоторна были решительны, спокойны и четко выражали свои чувства и эмоции. Монрей же были запуганными тенями своих мужей.

Другие женщины, которых он встречал во время своих путешествий, вели себя с наследником Хоторнов иначе. Большинство стремилось попасть в его постель. Одни восторгались, другие боялись. Ни то, ни другое радости ему не прибавляло.

Но ни одна не смотрела на него с таким спокойствием, словно… словно Рин знала его. Или скрывала какую-то тайну, которую ему никак не разгадать.

Темный тряхнул головной и принялся расчищать себе путь к светлому.