Одичалый мир

— Откуда она здесь появилась? — задумался Алик.

— Сейчас в море много островов… с какого-нибудь из них.

— Значит и людей много? — у Алика разгорелись глаза.

— Не думаю что много, но однозначно есть. Четырдаг, Карадаг, Ангарский перевал, Демерджи, Ай-Петри, они все над водой, — уверенно произнёс Виктор.

— Красивые места, дикие, но жрать там нечего, — кивнул и сразу отрицательно махнул головой Алик.

— Захотят, найдут.

Виктор последний раз глянул на резвящихся косаток и свернул вглубь холмов. По берегу идти нельзя, мигом засекут. Необходимо выбрать такой путь, где нет постов и ловушек. Очень волнует Идар, даже больше Вагиза. Виктор уверен, главарь зеков недолго будет хозяином этих мест. Автомат, конечно, козырь, но его можно и отобрать. Для Идара это дело времени.

Интуиция, сигнализирующая об опасности и некоторое время выжигающая сознание, трансформируется в адреналин и теперь бодрит кровь, вызывая возбуждение, похожее на радость. Хочется быстрее подойти к Чёрному монастырю. Но это опасно и приходится обходить удобные тропы, забираясь на кручи, рискуя сорваться. Но выхода нет, Виктор знает — их ждут. Как бы их перехитрить? Где бы найти такое место, откуда можно расстрелять людоедов и избавиться от одной из проблем? А затем можно будет вплотную заняться Идаром Сергеевичем. Виктор понимает, им будет тесно на этой земле, кому-то придётся уйти.

К Чёрному монастырю мужчины подошли с тыла. Они взобрались на соседнюю сопку и замерли за туром. Пещера отсюда не видна, её заслоняют деревья и многочисленные скалы, но дым от костра ощущается. Он вновь тягучий и сладковатый.

— Твари, — судорожно вздохнул Алик. Он догадался, кого сейчас запекают на огне.

— Придётся ниже спуститься. Отсюда нам до них не дотянуться. Вот что, — Виктор передал автомат Алику, — я пойду на разведку, а ты, если что, меня прикроешь.

— Давай лучше я.

— Нет, — качнул головой Виктор.

Алик помялся немного, вздохнул:

— Я с автомата ни разу не стрелял. Давай ты меня будешь прикрывать, а я всё разведаю.

Виктор задумался. Напарник прав, но не хочется им рисковать. Горячий он очень, ей богу влипнет в неприятность.

— Нет, ты останешься на сопке. Вот, смотри, это снимается предохранитель. Здесь переключаются режимы стрельбы. А стрелять легко. Нажимаешь на курок и поднимаешь ствол выше этих деревьев, чтобы меня не задеть. Под шумок я вырвусь… если попаду в засаду.

— Все же… — Алик попытался его остановить.

— Тебе с Анькой ещё надо разобраться, — хмыкнул Виктор и ободряюще похлопал его по крепкому плечу.

Мужчина скатился вниз. Замер между камней и прислушался к птицам. Они щебечут, но в воздух не взлетают. Пока их никто не вспугнул. Можно пробежаться до лесочка. Ещё один рывок. Виктор залёг у корявого дерева и оглянулся через плечо. Какая досада, обломок от скалы заслоняет сопку, где притаился Алик. Но вроде тихо. Виктор пополз к заросшему низкорослым лесом склону. Неожиданно камень вырвался из-под ноги и с шелестом покатился вниз. Виктор вжался в землю. Неприятно задрожали руки. Он пощупал пояс и наткнулся на пустые ножны. Виктор застыл в оцепенении. Как же он забыл про него! Но никто не выскакивает. Мужчина немного успокоился. Отдышавшись, он спустился ниже. Запах от костра сбивает дыхание. Тошнота подкатывается к горлу. Странно, птицы молчат. Виктор покрутил шеей и вслушался в малейший шум. Звучит тихий мужской говор. Неужели людоеды все собрались у костра? Да быть того не может. Где-то должно быть засада. Но где она? Так… вон на том возвышении вполне возможно есть наблюдательный пункт. За теми камнями — тоже есть вероятность. Ага, если пролезть в щель между этими скалами, можно скрыться из сектора обзора.