Ковчег Беклемишева. Из личной судебной практики
- Автор: Арсентьев Владимир Анатольевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Родина
- ISBN: 978-5-00180-389-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Ковчег Беклемишева. Из личной судебной практики». Краткое содержание книги:
Все, рассказанное в книге, взято из личной судебной практики. Автором предпринята попытка показать возможность культурного развития общественных отношений в сфере уголовного правосудия, решая тем самым национальную задачу — с помощью презумпции невиновности и судейского усмотрения.
Своё решение в части изменения приговора в отношении Густова суд II инстанции мотивировал тем, что смерть Борисова и Горчаковой причинена действиями соответственно Фирсова и Зуева, стрелявших в головы потерпевших из револьвера. Густов непосредственное участие в лишении жизни потерпевших Борисова и Горчаковой не принимал, а лишь создал условия, способствующие совершению преступления, являясь пособником их убийства. Поэтому в силу ч. 5 ст. 33 УК РФ и ч. 2 ст. 35 УК РФ действия Густова в части убийства Борисова и Горчаковой должны быть переквалифицированы с п. «а, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в отношении Борисова, Горчаковой) на ч. 5 ст. 33, п. «а, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а наказание по п. «а, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в отношении Горчакова, Кореневой и Анисимова) подлежит снижению.
Своё решение в части отмены приговора по гражданскому иску Норкиной суд кассационной инстанции мотивировал тем, что согласно ст. 44 УПК РФ гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинён ему непосредственно преступлением. Согласно п. 4 ст. 5 УПК РФ к близким родственникам, относятся: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки. Преступлением, совершённым Фирсовым, вред был причинён погибшему Норкину. Поскольку Норкина является женой племянника погибшего Норкина и не относится к числу его близких родственников, непосредственно преступлением вред ей причинён не был, то она не имеет права требовать взыскания с осуждённого в её пользу денежной компенсации морального вреда. Поэтому приговор в части решения о признании за Норкиной права на удовлетворение гражданского иска о компенсации морального вреда и передаче решения вопроса о размере возмещения гражданского иска на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства подлежит отмене.
Между тем, при более тщательном рассмотрении можно увидеть, что пункт «ж» части 2 статьи 105 УК РФ по убийству Норкина не инкриминирован Фирсову, его действия по этому пункту уголовного закона судом, постановившим приговор, юридически не квалифицированы и по приговору он не осуждался за убийство Норкина по пункту «ж» части 2 статьи 105 УК РФ, сама возможность исключения которого, таким образом, по уголовному делу и судебному приговору — отсутствовала.
Кроме того, давая новую квалификацию действиям Фирсова «по причинению смерти Горчаковой и Горчакову, Кореневой и Анисимову», кассационная инстанция не привела в своём определении содержание квалифицирующего его действия пункта «а» части 2 статьи 105 УК РФ, а именно убийство двух или более лиц, как это сделала по другим пунктам этого уголовного закона и как эти действия Фирсова квалифицировал суд в приговоре. Содержание квалифицирующего признака — убийство двух или более лиц в юридической квалификации действий как Фирсова, так и Густова последовательно указывает, как это установлено судом и приведено в приговоре, на убийство Борисова, Горчаковой и Горчакова, то есть трёх лиц, как на одно продолжаемое сложное поэтапное преступление, связанное в преступной серии с другими сопутствующими преступлениями, составляющими, по сути, целостное преступное мероприятие, но не по признакам организованной группы или банды. Однако с единым умыслом, направленным на убийство именно этих конкретных трёх лиц, препятствовавших Фирсову, Зуеву и Густову в их мошенническом завладении квартирой Горчаковых и единым корыстным мотивом действий каждого из этих трёх соисполнителей этого преступления, заранее договорившихся между собой на совместное совершение убийства трёх лиц, а именно Борисова, Горчаковой и Горчакова группой лиц по предварительному сговору, что и было реализовано этой группой в составе Фирсова, Зуева и Густова по предварительному сговору между собой.
Аналогичная по правовой конструкции ситуация, как это установлено судом, постановившим приговор, сложилась и по убийству Кореневой и Анисимова, то есть двух лиц с единой целью их убийства и завладения квартирой группой лиц по предварительному сговору между собой в составе Фирсова, Зуева, Густова и Фирсова-брата.
При этом в приговоре судом приведены конкретные целенаправленные на убийство каждого из потерпевших действия Фирсова, непосредственно совершившего убийство Борисова и непосредственно участвовавшего в убийстве Горчаковой и Горчакова, а также в убийстве Кореневой и Анисимова совместно с другими лицами: в одном случае с Зуевым и Густовым, а в другом — с Зуевым, Густовым и Фирсовым-братом, соисполнителями, действия которых, также прямо указанные в приговоре, в совокупности с действиями Фирсова привели к смерти потерпевших: в первом случае Борисова, Горчаковой и Горчакова, во втором — Кореневой и Анисимова. Приведённые обстоятельства дела, установленные судом и указанные в приговоре, таким образом, вызывают обоснованные сомнения в необходимости внесённых кассационной инстанцией изменений в квалификацию содеянного как Фирсовым, так и Густовым.