Мяч круглый. Испанский дебют

Угловой подал Гарри Кикава. Очень удачно: прямо над Джемалом Херхадзе круглый полетел. Тот выпрыгнул и боднул. Скорее всего, и Масик бы не взял — но к чему сослагательные наклонения… Севидов не взял точно.

Воодушевлённые кутаисцы с огромными буквами «Т» на груди бросились с мячом под мышкой к центру поля, надеясь закрепить успех — но упёрлись в бетон «Кайрата». Весь оттянулся на свою половину и перешёл к глухой защите. Даже простоявший в гордом одиночестве на пустой половине поля Сергей Квочкин вынужден был отойти на подготовленные позиции — не торчать ведь в офсайде. Расстрела ворот не было — бить торпедовцам особо не давали. Регби не регби — но точно битва в грязи, с огромным количеством падений и свистков. Уже через пять минут не жёлто-полосатые играли против белых, а серо-коричневые против коричнево-серых. Пару раз хозяева подавали угловые, и Севидов, слегка злоупотребляя вратарской неприкосновенностью, знатно отплатил локтями и коленями здоровякам кутаисцам, которые в первом тайме мяли его у других ворот, а разок даже удостоился недовольно-одобрительного бухтения трибун, в высоченном прыжке выловив сложный мяч.

Где-то к восьмидесятой минуте выдохлись обе команды — и тут сказалась свежая кровь. «Козырной Валет» выцарапал мяч у торпедовца и понёсся с ним по практически пустому полю к воротам. Единственный защитник бросился наперерез, но Трояновский легко его обыграл — и вот он уже в штрафной. Удар — и мяч вонзается в дальнюю девятку.

Рано обрадовались… При счёте 1:3 хозяева показали себя бойцами — снова навалились, а «Кайрат» уже победу праздновал. «Четвёрка» торпедовская, защитник Шота Окропирашвили вывел на удар Гарри Кикаву, и тот легко, как манекен, обыграл недоворотчика. Катнул низом, а Севидов падать стремительным домкратом, как учат вратарей, не умел. Под неуклюже расставленными руками круглый и пролетел.

Оставалось ещё три минуты — ну, может чуть и добавит, долго ведь с Масиком возились. Нет, ни одной секунды арбитр не добавил. Побоялся последствий, так как за несколько секунд до окончания отпущенного секундомером времени всё тот же нападающий Джемал Херхадзе замкнул отчаянную последнюю атаку кутаисцев. Бабахнул метров с тридцати. Мяч, страшно тяжёлый, полетел по странной траектории — как из миномёта пущенный. Описав крутую дугу, ударился о землю в паре метров от Севидова, отскочил вверх, рухнул в лужу, и уже за спиной воротчика остановился. Судья свистнул. Обе команды пошлёпали по лужам к воротам. Никаких белых черт уже, понятно, не видно — долго стреляли все двадцать три человека глазами, прижимая поочерёдно щеки к штангам. Ворота явно кривые. Справа — гол, слева — не гол. Так и ползали вокруг, галдя на великом и могучем, в смысле, матерном. Потом принесли кусок верёвки, приладили между штангами. Верёвка мяча касалась, но и натянутая была. Судья гол засчитал — и правильно сделал. Неизвестно, чем бы всё закончилось, разведи он руками. Могли ведь все шестнадцать, или больше, угрюмо молчащих тысяч броситься на поле — наверняка ведь молва о событиях в подтрибунке чашу уже обежала. Ну а так — ничья. Почти все довольны — но и добавлять время судья тоже не решился. Свистнул, руки подняв. 3:3 — победила дружба, мать её за ногу. Стадион радостно заорал «Сулико».