Инструктор

Не станет Мефодий слать запросы, апеллировать к международным трибуналам, продираться через бюрократические лабиринты. Патриарх сначала ударит, а уж потом, задним числом, оправдает свои действия суровой необходимостью и нарушениями Баланса.

Теперь ему сложнее до нас добраться.

Мы двинулись по тенистой аллее от КПП, свернули на ближайшем перекрестке, оставили позади универсальный магазинчик и почтовое отделение. Еще, как мне показалось, я увидел целительский пункт и одноэтажное административное здание. Всюду — сосенки, клены и березы. Дома оборудованы подземными гаражами. Паутина, насколько я понимаю, спутниковая.

— Квартиры рассчитаны на двух жильцов, — сообщил Тьма, когда мы остановились перед компактным строением с террасой, двумя балконами на противоположных сторонах и двухскатной металлочерепичной крышей. — Разбивайтесь на пары. Ни в чем себе не отказывайте.

В правой руке Тьмы нарисовались четыре ключ-карты.

Фокусник.

Мы с Ариной взяли оранжевые ключи, Рэйден и Сыроежкин — зеленые.

— Если что — звоните.

Экспедитор отвернулся, собираясь уйти.

— Василий, — окликнул я.

— Что?

— Спасибо.

Мне кажется, такого поворота он не ожидал. Поэтому лишь кивнул и неспешным, размеренным шагом двинулся к центру комплекса.

Фэна охраняют опытные шиноби в ранге Знатока и Вездесущего. Моим друзьям обеспечено прикрытие на госуровне. Если я правильно понимаю, первый раунд схватки — за мной. Вот только не дает покоя мысль, что подобные шаги с моей стороны просчитаны Патриархатом. Мне выдвинули ультиматум, но активных действий не последовало. Они же не дураки. План у Мефодия наверняка есть.

Чтобы сделал я на месте церковников?

Думаю, предложил бы аналогичную сделку всем участникам конкурса. Согласится тот, у кого адепты Баланса не вызывают столь явного отвращения. Ратмир, к примеру. У этого чувака вообще нет рудимента в виде принципов. Если Ратмир пойдет на сотрудничество, мне и другим конкурентам начнут ставить палки в колеса. И я это почувствую на административном уровне.

Квартира мне чем-то напомнила безликие гостиничные номера, через которые я неоднократно проходил во время своих странствий. Стандартная мебель, ничего лишнего. Казенный минимализм. Я такое люблю, сами знаете. Первый этаж объединил маленькую прихожую, гостиную с кухней, санузел и гардероб. Поднявшись по крутой деревянной лестнице на второй этаж, я обнаружил спальню с двумя полуторными кроватями. И панорамное окно с видом на коттеджный поселок. Сдвинув секцию, я вышел на широкий балкон, обшитый ламинированной вагонкой.

Тишь да благодать.

Справа и слева от нашего дома растут две сосны. Прям санаторий в центре города. Людей не видно, машины по аллеям не ездят. Думаю, этот комплекс большую часть года стоит пустым.

Арина внизу раскладывает вещи.

Я слышу звук откатывающейся двери гардероба.

Программа защиты свидетелей предполагает формирование новой личности и переезд в неведомые дали. Иными словами, жизнь в правительственных таунхаусах — временная мера. Промежуточный этап. При нормальных обстоятельствах меня, Арину и остальных увезли бы из Воронежа, поселили в тихой гостинице какой-нибудь далекой губернии, а затем интегрировали бы… в реальный мир. Для начала спросили бы, где мечтаю побывать. Предположим, я назову Крым, Поланген или Батум. Так вот, именно туда я и не попаду. Никогда, ни при каких обстоятельствах. Потому что своими желаниями в прошлом я мог с кем-нибудь поделиться. Дальше начинается новая жизнь в локации, о которой никто из нас не имеет ни малейшего представления.