Контракт на молчание

— А что ж сразу только Боуи с доктором Челси? Куда делись Коннор с Финли? — и, как будто вспомнив: — Ах да, и Эперхарт!

Упоминание последнего заставляет Клинта успокоиться и улыбнуться. Он считает мои слова шуткой. К счастью, наверное, но отчего-то его реакция царапает. Нет, я полностью согласна с тем, что Эперхарт — не мой уровень. И это один из пунктов, которыми я себя утешаю. Но разве Клинт не должен считать меня самой красивой на свете? Не должен думать, что о такой девушке можно только мечтать? Если это не так, то с какой стати вообще жениться?

— Прости. Не бери в голову, я просто сорвался, — предсказуемо отвечает он и целует меня в висок.

Именно такой реакции я и добивалась. И следовало бы обрадоваться, но обруч, сдавливающий мои виски, дополняется шумом крови в ушах. И воспоминанием, которое когда-то казалось постыдным, а теперь неожиданно согревает:

«Да будет вам известно, что по критерию смазливости вы в моем списке шли не на первом месте. В чем дело, мисс Хадсон, вас уязвило и то, что я не считаю вас самой хорошенькой из кандидаток? Противоречивая вы особа. Если вас это утешит, в жизни вы интереснее, чем на фото в резюме».

Ага, молодец, Валери, ты мысленно отомстила жениху ни за что. Только в очередной раз появилось ощущение гадливости. А еще понимание, что мои отношения с Клинтом под большой угрозой. С моей стороны.

За столиком в банкетном зале мы сидим с Элейн, Финли, Коннором и его девушкой. Боуи нас покинул и присоединился к какой-то особе намного старше его, с которой предварительно тепло расцеловался в обе щеки и даже помог усесться за стол поблизости от начальственного.

— Это Эннис, — шепчет мне Элейн, наклоняясь ближе. — Секретарша Эперхарта, которая была в отпуске.

— Правда? Мне казалось, они не очень-то ладят.

— Они не выносят друг друга, — хихикает Элейн. — Но всячески поддерживают иллюзию теплых дружеских отношений, особенно друг перед другом. Не знаю зачем. Все в курсе, что если Боуи выберет белое, то Эннис точно будет настаивать на черном.

— Вот ты ж, и тут засада, — искренне расстроилась я.

Раньше мне нравилось забежать к Боуи поболтать о том о сем, если возникали какие-то трудности, и обычно он даже по-дружески отвлекался, а теперь, выходит, не посекретничаешь!

— По-моему, они никак не поймут, кого Эперхарт любит больше, — скалится Элейн. — Играют в заботливых маму и папу для начальника, оберегая его всеми силами. И, кажется, он им подыгрывает. То одному плюшка, то другому.

— Что за бред? — качаю я головой.

— Бред или нет, но им точно не скучно.

Разговор прерывает начавшаяся презентация. Эперхарт рассказывает лично. Историю компании, как и обещал, опускает, оставляя только цифры, способные заставить любого удавиться от зависти. Количество рабочих мест, количество стран, с которыми сотрудничала компания, количество опубликованных работ по итогам проектов и смежных разработок, списки журналов, в которых публиковались ученые «Айслекс»… Кто-то нескромно шутит, что главным достижением и показателем успешности компании является остров, на котором она стоит и который куплен на деньги с контрактов. Эперхарт отвечает одной лишь широкой улыбкой, подсказывая, что он полностью поддерживает замечание.