Жена для киллера

Остается лишь придумать, как это сделать. Вытащить Марата из тюрьмы. В моей голове крутился лишь один вариант. Стопроцентный. Хотя ни в чем нельзя быть уверенным до конца. Тем более Марат им нужен. Сейчас Быстрицкого повысят в звании. И остальные, кто его ловил — в стороне не останутся. А у Марата суд, потом тюрьма. Буду ждать его, сколько нужно. Хоть всю вечность. Буду ездить к нему на свидание, искать встречи под любым предлогом. Надеюсь, простит. Поймет. Ну что я могла подумать, когда нашли эти фото?

Получается, что его старший брат, пребывая в алкогольном опьянении, на джипе своего друга, врезался в машину моих родителей. Джип хороший, с шестью подушками безопасностями, если не больше. Вот по этой причине у виновника — ни царапинки. Скорей всего от увиденного он отрезвел, а затем убежал. Неужели у Марата такой трусливый брат? Не скажешь. Я еще раз вспомнила его лицо с той самой фотографии. Загорелое, круглое. А вот глаза у него другие. Серые. Может они не родные братья? Ах, как бы хотелось, чтобы они не были родными… А ведь он еще и служил. Значит, в армии тоже есть трусы. Как говориться: «Друг познается в беде». И мне кажется, что дело здесь не в трусости. Почему он убежал? Почему не вызвал скорую помощь? Почему?? Напрашивается только один ответ: да, он струсил. Отец Марата прав. Человек, который так дорог моему сердцу — родной брат человека, виновного в гибели моих родителей. Оказывается, как тесен мир. Зачем Марат делал фото? Зачем меня искал? Ну нашел, почему не рассказал правду? Что? Тоже не решился? В моей голове возникали сплошные вопросы, на которые ответ может дать, только сам Марат. Ах, Марат, если бы ты мне все рассказал. Если бы ты мне все выложил, как на тарелочке. То мы сейчас бы продолжали строить планы на будущее. Сейчас скорей всего тебя отвезут в КПЗ, а потом переведут в СИЗО. Я знаю, Марат ты сильный. Ты все выдержишь. А я буду продолжать тебя ждать и при первой же возможности попрошу свидания. Не отдам этот чертов чемодан, пока не разрешат увидеться с тобой.

Я решила попросить помощи у Левина. Он точно мне поможет. Тем более он говорил, что у него связи. Отец — бизнесмен. А еще есть знакомые в прокуратуре. Нет! Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы вытащить его оттуда.

— Чего мерзнешь? — от мыслей меня отвлек голос Бориса Петровича. — Пошли чай пить.

Зашла в дом, сразу почувствовала тепло.

— Попьешь, чай и ложись спать. Набегалась сегодня, — продолжил он.

— Набегалась, — я сняла ботинки, курточку и повесила ее на серебристый крючок. Прошла в кухню, где кипел чайник, издавая дружелюбный свист. На столе стояла вазочка с печеньем и конфетами.

Завтра постараюсь приготовить щи, как бабушка учила. Что же они все в сухомятку.

Я села за стол и все равно чувствовала себя неловко. Борис Петрович хороший. Он все понял и очень правильно рассудил. Хотя по его глазам заметно, что он переживает. И я переживаю. Сильно. Что все вышло вот так складывается наша жизнь и в ней присутствуют такие случайности, на которые мы просто не в силах повлиять.