Как правильно разводиться

Улыбка исчезла, а глаза вновь заледенели, как декоративный прудик в родительском доме. Когда начинались заморозки, вода стремительно покрывалась льдом. Я не успевала оглянуться, как наступала зима. Прудик был самым первым её предвестником.

- Почему? Мы вроде начали обсуждать детей, прогресс налицо!

Где мой учебник?! Мне очень-очень нужен тяжёлый учебник!

Машина плавно заехала на парковку студии. Меф заглушил мотор и раздражённо выдохнул.

- Забудь об разводе. Я получил подходящую жену, ты получила пожизненное содержание, помощь и поддержку. Я готов вытаскивать тебя из постоянных авантюр, защищать и оберегать. Чем наш обмен плох?! Что тебе не нравится?! Только, пожалуйста, давай без разговоров про "гнёздышко, детей и любовь". Это будет смешно!

Злость вспыхнула и неожиданно погасла. На миг показалось, что в Мефе говорило отчаяние, но мой рассчётливый муж на отчаяние был не способен.

Я за нелюбовь... тебя... простила давно...

Полгода я держала дистанцию, но если я влюблюсь в собственного мужа второй раз, это будет конец.

Очертила кончиками пальцев его лицо, дотронулась до выступающих скул.

- За несколько дней до выпускного мы стояли с тобой на мосту, помнишь? Я спросила, мол, если бы мы были не знакомы - ты бы поцеловал меня?..

- Ядовитые цветочки нельзя целовать. Лучше держаться от них подальше, - с ухмылкой десятилетней давности отозвался Меф, - я помню. Ты фыркнула в ответ и сказала, что такого идиота, как я, тебе бы гордость не позволила целовать. И что?..

- Ничего, - стянула ремень и распахнула наконец дверцу авто, впуская в салон свежий воздух, - для тебя я по-прежнему ядовитый красивый цветочек, который ты держишь на расстоянии. А мне по-прежнему гордость мешает тебя поцеловать. Видишь, не слишком сильно мы и изменились.

Несмотря на непогоду, на улице даже дышалось легче. Я мысленно отругала себя за уныние и выпрямила спину. Походкой от бедра направилась к студии, кожей чувствуя прожигающий взгляд мужа.

У дверей он догнал меня.

- Я в самом деле тебе нравился?!

Стрельнув глазками в мужа, на пару секунд прижалась к его груди. Не заигрывая, а... для полноты эффекта!

- Увы, дорогой, я такая забывчивая. Теперь мы уже никогда не узнаем, кто мне нравился!

Судя по яростному взгляду, Елисеев добавил пытки строптивой жены в свой график. Обойдётся! Некоторые вещи останутся в прошлом.

Тем более, что в настоящем проблем хватало.

Выясняя отношения, мы не заметили молоденького полисмена, занявшего оборонительную позицию в фойе. Он бдил, крепко закрыв глаза и угрожающе похрапывая. Голова стража закона покоилась на спинке гостевого дивана. Вообще диван в нашей студии считался народным средством от бессонницы - на нём постоянно кто-нибудь да засыпал.

Вот и полицеский попался в коварные сети.

- Бедняга, - поцокал муж,  - пойдём, не будем мешать. Пусть выспится.

Хмыкнув, я покорно направилась к лестнице. Мой кабинет, как и другие административные помещения, располагались на третьем этаже. Но полиция зачем-то собрала девушек в большом холле на втором. Регина, вымученно улыбаясь, стояла рядом с мужчиной в форме. Его напарник, помоложе и носатый, скучающе подпирал стенку.

- Вы кто такие?! - громогласно прозвучало на весь холл, когда мы подошли. - Почему пропустили?!

Меф мягко сжал мою ладонь и задвинул за спину.

- Кто я такой?! - рявкнул он, что не только девочки - недовольный полицейский дрогнул, а носатый едва не принял боевую стойку: - Это вы кто такие и что забыли в моей студии?! Где повестка?! Где ордер на обыск?! Какого чёрта работа остановлена?! Да вы знаете, сколько денег я потерял по вашей вине?! Где удостоверения?! Я сейчас же позвоню Ольгинскому!..

Видимо, фамилия была полисменам знакома - оба разом утратили важный вид и насупились. Пока Елисеев ругался - с огоньком и удовольствием - я повернулась к девочкам. Рыженькая Настя вела утренние группы танго, а хрупкая шатенка Лера - классический танец у детей. У Регины ранних занятий не было, но в последнее время она занималась студией вместо меня.

Кроме танцовщиц полицейские вытащили из логова бухгалтершу - знойную даму в годах, заинтересованно наблюдающую за моим мужем, и уборщицу с охранником, которых я не заметила сразу.

- Гражданин, успокойтесь! - наконец очнулся носатый и достал корочки: - старший лейтенант Юрков, а вы кто такой?.. Паспорт покажите!

- Елисеев Мефодий Романович, хозяин студии.

Он не договорил, а я уже попала под дружный прицел взглядов. Ещё бы. Объявить, что у нас сменился владелец, я банально не успела.

Сама узнала неделю назад!

- Вы хозяин?.. - Юрков задумчиво полистал паспорт Мефа: - А девушки утверждали, что главная - некая Алёна Рудова.

- Елисеева, - поправил муж сердито. Вспомнил, наверно, как я представилась на совещании, - она управляющая студией.

- Ваша супруга? Это вы, как я полагаю? - он повернулся ко мне. Кивнула, протягивая паспорт.

- А ваши подчинённые не в курсе, что вы сменили фамилию? - с плохо скрытой ехидцей осведомился второй полицейский. Мне он не понравился - этакий всезнающий лис с хитрой мордой, желающий непременно сунуть свой нос в чужие дела.

Подчинённые, к слову, были в курсе - шило в мешке не утаишь, особенно после моих нелепых отношений с Вадимом. Но звали как раньше, Рудовой, да и я не исправляла.

- Я вышла замуж недавно, ещё не привыкла, - ответила, пожав плечами, - к тому же, как хореограф я больше известна под старой фамилией.

- Вы не объяснили, - холодно прервал меня Елисеев, обращаясь к полицейским, - какого чёрты вы забыли в моей студии?! Довели жену до истерики, сорвали меня с важного совещания, напугали персонал!

- Мы расследуем убийство Таисии Тишковой...

- Замечательно, - сквозь зубы процедил Меф, - и при чём здесь моя жена?! Она подозреваемая? Свидетель? Почему ей не сообщили о визите и не позволили вызвать адвоката?.. Не говоря уже о том, что она не обязана отвечать на ваши вопросы. Личное дело Тишковой вы можете получить у алёниной заместительницы. Это всё, господа?..